Магадан 2012. Часть 13. Колыма — Индигирка — Алдан

Часть 1 Часть 2 Часть 3 Часть 4 Часть 5 Часть 6

Часть 7 Часть 8 Часть 9 Часть 10 Часть 11 Часть 12

Первые полторы сотни километров проходим довольно легко и без приключений. Пожалуй, именно тогда у меня в голове впервые завертелись мысли о том, что любое путешествие рано или поздно, хочешь ты этого или нет, закончится у родного порога, но тот факт, что до дома еще чуть более 10000 километров, а также очередной булыжник, пробивший подвеску до резинового отбойника, неплохо отрезвили и заставили вновь сконцентрировать внимание на дороге.

В Атке заправили автомобиль и перекусили в знакомом кафе. На перевале Дедушкина Лысина магнитола начала выдавать аккорды песни «Поздний вечер в Сорренто», из-за чего у меня буквально вырвалось: «Какая, к чёрту, Италия? Какое, к чёрту, Сорренто? Дедушкина Лысина! Колыма! Россия!»

И уже в районе переправы через реку Веселую машину начинает заносить: левый задний «Амтел» ремонту не подлежал, а его место заняла одна из омских покрышек с камерой.

Снова нырять в Немичан совсем не хотелось, поэтому провели разведку недостроенного моста и решили прорываться по нему, что успешно осуществили за несколько минут при помощи камней, проложенных в стыки плит (причем очевидно, что мы были далеко не первыми, кто действовал таким образом).

На Гербинском перевале небольшой надрыв на боковине установленной в Магадане справа сзади «Омскшины» делает свое черное дело: камера всё-таки лопается, а это значит, что запасных колес снова не остается.

Опять скорость строго 40 км/ч, а наш экипаж вынужден возложить надежды на «Каму», порезанную перед Теплым Ключом, проколотую и отремонтированную жгутом в районе Артыка.

В шиномонтаж поселка Ларюковая я стучусь напрасно: в соседнем кафе объясняют, что мастера уволили за пьянку, а нового пока нет. «Выходит, нам теперь до Дебина?» – «Да». По пути к машине меня самого принимают за шиномонтажника мужики на «буханке» – вынужден был их разочаровать. Но если мы по-прежнему едем с низкой скоростью, то упомянутых ребят проблемы с колесами, видимо, беспокоят мало: теряем их из вида уже через несколько минут.

Колыму пересекаем уже в темноте. На мастерской в Дебине – записка с номером телефона. Работник приходит быстро, правда, немного корит нас за то, что не дали ему помыться. Запаска формируется из камеры Виталия aka Дюйм и покрышки с грыжей, которая ехала на крыше еще с Алдана. Что ж, теперь на пути к Ягодному можно ехать быстрее.

Тем временем заметно похолодало и выпала роса. А недалеко от Рыбного двигатель потерял тягу и заглох. «Этим нас не напугать!» – бурчу я себе под нос, переключая рычажок воздухозаборника на зимний режим.

После этого до Ягодного добрались спокойно, а вот в гостинице на автовокзале мест в этот раз не оказалось. Но это расстроило меньше, чем тот факт, что в Музей памяти жертв политических репрессий наш экипаж и в этот раз не попал.

Сотню километров до Сусумана вновь проходим в битве со сном, который на время отступает после того, как мы пару раз сменяем друг друга за рулем. Когда выяснилось, что и на этот раз на здешнем автовокзале заночевать не удастся, остался последний шанс – общежитие горного техникума. Наш визит в 5 часов утра застает вахтершу врасплох:
— Вы кто такие? Куда и откуда едете?
— Мы из Подмосковья, куда и возвращаемся из Магадана.
— А почему через нас?
— Видите ли, это единственная автомобильная дорога на Колыме.

Но и после этого диалога она не выходит из ступора и по-прежнему сильно сомневается, стоит ли пускать пару столь подозрительных ребят. В конце концов, видимо, мой крайне усталый вид возымел действие: записав наши паспортные данные и взяв задаток в виде тысячи рублей, сотрудница общежития всё-таки выделила пару коек, за что мы были ей очень благодарны.

Днем 24 июля я первым делом прибыл в магазин автозапчастей, где намеревался приобрести покрышку для второй запаски. Выбора не было: на диск 13-го радиуса в наличии имелась только высокопрофильная зимняя камерная барнаульская резина, которую я и приобрел.

В разговоре с сотрудником шиномонтажа выяснилось, что он имеет высшее юридическое образование:
— Неужели в Колымском крае нигде не нужны юристы?
— Шутишь? Здесь законы не работают: закон – тайга, а хозяин – медведь. Жизнь человека практически ничего не стоит. Вон, зимой ко мне в вагончик женщина забежала: за ней медведь гнался – еле отогнали…

После завершения изготовления второго запасного колеса наш экипаж отправился на обед, а затем – на почту: домой полетела еще пара писем. Из общежития нас отпустили с миром: начальницу вахтерши оставленная ночью сумма удовлетворила.

На выезде из Сусумана заправляем автомобиль и берем курс на Усть-Неру. И тут на выручку приходит моросящий дождь, который прибивает всю пыль и делает движение по трассе комфортным.

До Делянкира – границы Магаданской области и Якутии – добираемся без происшествий.

Далее вновь любуемся прекрасными пейзажами, открывающимися при следовании вдоль берега реки Неры, а уже непосредственно перед административным центром Оймяконья машина немного перегревается от долгой безостановочной езды.

К счастью, волнуюсь я напрасно: после остановки на заправку проблема самоустраняется.

Заправки 22, 23 и 24 июля
Место заправки Одометр от старта Заправлено Цена за литр
Магадан (49rus) 12775 35,0 л 31.20 руб
Атка (49rus) 12980 15,0 л 33.50 руб
Ягодное (49rus) 13317 15,0 л 39.50 руб
Сусуман (49rus) 13439 13,0 л 38.00 руб
Усть-Нера (14rus) 13842 30,0 л 40.20 руб

Пока штурман занимался пополнением запасов провизии в магазине Усть-Неры, меня подробно опрашивала о путешествии группа ребят-кавказцев: хотя в последнее время в этих краях странников много, регион 90 на номерах они еще не встречали.

После вечернего привала с поеданием тушенки у ручья Ыт-Юрях наш экипаж продолжил движение в направлении Хандыги с простым планом – «ехать пока едется». Понимая, что прием пищи меня быстро разморит, я посадил Алексея за руль и закемарил.

Сквозь сон на Ольчанском перевале мне померещился краснодарец на «Ленд Крузере», целью которого вроде бы являлся Певек, но действительно ли это был он, узнать не получилось.

Окончательно проснуться пришлось за 80 километров до Кюбюме: многострадальная правая задняя «Кама» всё-таки скончалась, а на ее место была установлена новая барнаульская запаска.

Отправив штурмана отдыхать, я покатил вперед излишне бодро, поэтому всего через 30 километров дорога вновь наказала: теперь левую заднюю омскую покрышку пришлось менять на колесо, изготовленное в Дебине. При его установке выяснилось, что сосок камеры в определенном положении травит воздух: с учетом того, что до шиномонтажа в Теплом Ключе оставалось без малого 300 малоприятных километров, ситуация стала немного угрожающей.

До открытия заправки в Кюбюме было еще около двух часов, поэтому мы воспользовались канистрой: долили в бак 7-8 литров бензина из Тахтамыгды.

Со скоростью 30-40 км/ч, максимальной аккуратностью и периодической подкачкой колеса через несколько часов доползли до прижимов. Отмечу, что к 25 июля ручьи на перевалах через хребет Сунтар-Хаята полностью пересохли – проблем с водными преградами у нас не возникло.

Из-за взрывных работ дорога была перекрыта, поэтому наш экипаж устроил привал с замечательным видом на Восточную Хандыгу.

Но и после открытия движения этот легендарный тридцатикилометровый участок не спешил нас отпускать: в узком месте на перевале Ласточкино гнездо у встречного «КАМАЗа» отказала трансмиссия. Что ж, еще полчаса для созерцания чудесных окрестных пейзажей!

Так получилось, что через несколько минут после возобновления движения произошла встреча с Алексеем aka Qosmio из автоклуба «М49», с которым мы тесно общались по ходу поездки по телефону – из-за невозможности остановки смогли лишь обменяться приветствиями и пожать друг другу руки.

Через несколько часов улыбка человека, который уже и не верил в свою удачу, коснулась моих губ: ко второй половине дня нам удалось добраться до поселка Теплый Ключ. Первым делом – обед в кафе «Аляска».

Затем наш экипаж отправился в шиномонтаж, расположенный неподалеку. После консультации с мастером, который, как выяснилось, получал среднее профессиональное в Москве, было решено попрощаться с «Камой», пробитой перед Кюбюме. В ходе ремонта камер и покрышек устранили проблему с колесом из Дебина, а также организовали запаску. Удивила грамотность работника: предполагая, что будет написан отчет о путешествии, он попросил прорекламировать его мастерскую. Поскольку всё было сделано очень качественно, я с удовольствием делаю это.

Памятуя о затруднениях с жильем и питанием в Хандыге, заночевать мы решили в Теплом Ключе. Гостиница «Уютная» рядом с почтовым отделением полностью оправдывает свое название: впервые после Магадана удалось принять горячую ванну и полноценно выспаться.

Утром 26 июля после завтрака в «Аляске» наш экипаж с запасом времени выдвинулся к парому через Алдан. В Хандыге была приобретена вторая барнаульская покрышка на ведущую ось: теперь у нас одинаковые задние колеса и снова две запаски. Но перед переправой появилась проблема, которая будет беспокоить и доставлять неприятности вплоть до Могочи Забайкальского края. На пути к реке двигатель перегрелся, вскипятив тосол. Погрешив на свою невнимательность (несвоевременное включение печки) я спокойно доехал до парома, первоначально проскочив нужный поворот на Кескиль.

Штурман перед отплытием не упустил возможности искупаться в Алдане, а я спокойно установил новое колесо. Но настроение было приподнятым всего час – ровно столько времени заняла переправа по течению.

Часть 14 тут

Часть 15 тут

Часть 16 тут

Часть 17 тут

Послесловие. ИТОГИ