Арктическое приключение. 3-й день. Разговоры с тундрой.

Вчерашний день здесь

Мы опять проспали, мы опять не слышали будильника, четыре здоровых воина снега спали, как убитые. На улице, это там, за дверями нашего уютного Соболя, вообще было страшно, там был снег, там было так много снега.
Снег, ты что, пришел со всей тундры на нас посмотреть? Мы растерялись, потом собрались и дали небольшой концерт снегу:

Вдруг наша соболиная стайка стала двигаться к этой самой куче снега…
Петр Груздев, как-то уговорил снежных духов нас впустить, и мы проходили через него, как сквозь стену, вползая и выползая из снежных капканов. Двигались с обеими включенными блокировками на пониженной передаче.
Следов уже не было видно, даже от только что прошедшего впереди Соболя.

Я пристально всматриваюсь в траекторию движения первого внедорожника, что бы хоть как-то понимать, где потом искать следы. Потом все равно прошу Лену (BlackJaggy) помочь. Эта снежная буря специально над нами издевается.

И снова, и опять, и, в общем, ничего нового. Выпарили снег и еще спустили давление до 0,8 – 1,0 атм.

Договорились, куда ехать.

Днем соболиное семейство встало на длинный перерыв, дожидаясь темноты, что бы хоть что-то было видно. Штурманы находились и выдохлись. Мы приготовили горячий армейский обед, который плавно перетек в крепкий сон.
Перед тем как тронуться, мы заварили какой-то сухой энергетический напиток в растопленном снегу и жизнь снова забурлила!

Потихоньку мы настоились, нашли общий язык с тундрой и начали разговаривать:
— Зачем? Зачем? Зачем? Спрашивала Арктика.
— Я не знаю, но мне это точно надо. Пусти, пожалуйста.
— Чего тебе надо от меня? Удивлялась природа
— Дай мне сил, я не одна, мы сможем.
— Хорошо, будешь ты сильной. Я дам тебе препятствия и трудности.

Иногда тундра загадывала загадки, а пропускала, только когда отгадаешь, где она спрятала проход.

Так мы и продвигались. Петр уговаривал тундру, штурман – снег, а я разговаривала с Соболем. Наш внедорожничек – умный и очень любопытный зверек. Есть в нем что-то от ласковой кошки.

К ночи снежная буря превратилась в шторм, сбивая с ног и заметая следы грузовкиков секунд за пять.

Мы доехали к живущим на зимнике машинам, и остались на ночь.

Я опять стала у всех спрашивать:
— Зачем тебе это надо и что тебе это дает?

Вот ответы, которые я собрала:
— я хочу сделать это и биться до конца
— мне прикольно залезть туда, где я еще не был
— ну и что, приехали бы мы в Сыктывкар, как по проспекту, и что?
— я переосознал, что жить надо хорошо и правильно, и мы самому делаем свою жизнь красочной. Ведь живешь, привыкаешь к образу, а тут переосмысливаешь. Самому надо ее делать…
— да хотя бы что бы наесться оленины! Ну, вот где еще?
— где еще будешь копать белый холодный песок, а не как все копают — желтый и горячий?
— я научился научился фотографировать на звук
— устать и ни о чем не думать

В дороге Серенький решил остановиться и отдохнуть. Там еще и день рождения случилось.
Потом нас оставил Ниссан, державшийся нашей группы с первого дня. Тоже будет дожидаться окончания бури.

И так, в путь отправятся только два внедорожника – Белый и Красный…

А пока — Соболюшка дом родной,
Ночь, ужин, разговоры, крепкий сон.

А меня такое чувство одиночество захватило, что даже объятия любимого спальника не согрело душу.

Фото: Костя Якубов