Глава 2. Дорога Запорожье-Киев: grand tourismo по-запорожски.

Первые сто километров пути прошли так гладко, что я начал серьезно напрягаться. Благодаря небогатой комплектации (4 двери, руль, 4 педали и 2 зеркала разной формы), в w124 работало абсолютно все. 31-летний тарантас оказался весьма приятным «grand tourismo по-запорожски»: мотора не слышно, ям не чувствуешь, как сдержать слезы радости не знаешь.

Обманувшись пробным участком дороги до Днепра, мы решили не оставаться на ночлег. Пролетели город и помчали под закатное солнце в неизвестность. Остановившись на дозаправку, я занялся неотложными делами: «крутые молодежные» светодиодные лампы во всех местах автомобиля заменил на нормальные. Я надеялся, что заработают габариты или стопы (я не гордый, меня бы устроило что-то одно) и погаснет наконец лампа ошибки ламп. И, как это и бывает с машинами из детства, надежда угасла, а лампа ошибки продолжала гореть.

Здесь стоит отметить, что после заправки продолжить путь нам удалось не сразу. Я вспоминал историю Сергея gieros, которую он рассказывал в поезде по дороге на смотрины этого же 124. Я, говорит, залил на радостях полный бак и потом наблюдал, как моя новая старая машина поссыкивает лучшим в округе бензином на худший в мире асфальт. И я, говорит, тут же загорелся идеей эту течь устранить и отправиться в Киев уже по-скучному, без единого шанса на самосожжение. Как выяснилось, слушал я его тогда внимательно, но на ус не мотал.

— А у вас есть огнетушитель в продаже?
— Нет, зато у нас на заправке современного образца, — торопливо хвастался оператор, — есть чипсы, орешки, корень шалфея, трюфельное масло, волоски с манды единорога и иголки для проигрывателя Pioneer.
— Бл*ть, логично… зачем на заправке огнетушитель?
— Не расстраивайтесь, пожалуйста, — не унимался работник заправки, — не хотите взять в дорогу вместо огнетушителя аудиокассету с записями Михаила Круга или Курта Кобейна? О, у нас есть прекрасный сборник, где они оба на одной пленке!

Дождавшись момента, когда бодрая струйка из сливного канала горловины превратилась в редкие капельки топлива, я проинструктировал жену, как быстро отстегивать ремни безопасности, и мы продолжили путь, приближаясь к самому дерьмовому участку дороги…

Пока где-то в мире запускаются частные космические корабли, украинский автолюбитель вынужден виртуализироваться. Он едет по воображаемому асфальту (бюджет на который пиз*анули чиновники-патриоты), рисуя в уме, как могла бы выглядеть разметка, если бы ее обновили хоть раз за последние 30 лет, вместо того, чтобы пиз*ануть и эти бабки. Развиртуализироваться отлично помогают те участки шоссе, где идет освоение очередной порции налогов, неумело и нехотя маскируемое под ремонт дороги. Ох*ев от беспредела в том месте, где дорога предполагалась, ты залетаешь в место, где в это время предполагается ее ремонт. Забудьте одну перекрытую полосу и движение гуськом по той части, которую уже отремонтировали или еще не начинали. Этого мы, налогоплательщики, не заслужили. Зато ремонт дороги можно определить заранее и без помощи соответствующих знаков: картину, когда ты подлетаешь по ямам размером с арбуз-переросток к стене из пыли высотой с небоскреб Бурдж-Халифа, сложно перепутать с медовой ярмаркой или празднованием Пасхи. Врать не стану, Стена из пыли выглядела очень впечатляюще ночью. Вот ровно как в кинокартине «Mad Max: Fury Road», разве что в кино участников постапокалиптического автопробега не так сильно трясло на подъезде. Залетев в стену из пыли ты понимаешь, что ремонтным бригадам не с руки мелочиться. Они сняли асфальт сразу на всех полосах дороги. Ну и что, сколько там Mad Max длится? 2 часа? Ну вот. А вы всего 30 минут едете в непроглядной завесе из пыли по смеси песка, щебня, дерьма и ям и уже ноете… В дороге я не мог отделаться от мысли, что форматом ремонта укравтодор мстит тем, кто жалуется на качество дорог: «Ах вы ремонта захотели? ну так мы устроим, что б перехотели!».

Спустя час вполне стандартных для Украины мучений и еще 30 минут полного отчаяния, бездорожье закончилось. Мы уперлись в полтавскую трассу. Шикарную и совсем недавно построенную . Я помнил ее еще по поездке на е30 из Днепра. Но разве то, что сделали ее совсем недавно запрещает ее неможечко поремонтировать? И тем не менее, хоть и гуськом и по одной полосе, но мы наконец ехали по асфальту. Настроение начало улучшаться и, чтобы наша поездка не дай бог не превратилась в приятную, Mercedes тут же заглох.

Докатившись до свободного места на обочине я, под визг пролетающих в 10-ти сантиметрах от нас фур, начал выдрачивать ключом замок зажигания, попутно успокаивая жену и выбирая, кого из друзей попросить ночью поехать с тросом за 300 км от Киева. На этот раз простых уговоров и угроз 124-му оказалось недостаточно. Мсье изволили вы*б*ваться по-крупному. Чтобы сигнализация вновь прочла код, нужно было всего лишь выключить зажигание, а этого сделать не удавалось: все лампочки на панели горели даже тогда, когда я полностью извлекал ключ из замка.

— Я человек опытный, — оправдывался я перед женой, — я знаю, что он точно заведется. Правда, не знаю, что для этого нужно сделать…

И, как это обычно и бывает, искра в цилиндрах появилась в тот момент, когда искра надежды доехать своим ходом полностью угасла… Мы неожиданно завелись и продолжили путь. И опять автомобиль был прекрасен и начал очень нравиться.

На хорошей дороге он вел себя потрясающе и я снова перестал жалеть о покупке. Это и есть те американские горки восторга и разочарования, которые так знакомы владельцам Alfa Romeo. Та полярность ощущений, без которой нельзя почувствовать себя фатаном винтажного автомобиля. Следующий раз он заглох уже глубокой ночью на стоянке в Киеве, не дотянув меньше метра до места ночлега. Сонный охранник подошел и долго наблюдал за тем, как я насилую ключом замок зажигания, после чего небрежно резюмировал: «не слушается она тебя».

«Заставлю» — ответил я, чиркнул стартером и доехал своим ходом последние 40 сантиметров дороги из Запорожья.