Однажды в погожий летний день я ехал по Дворцовой набережной Санкт-Петербурга и решил, что пора возвращаться в гостиницу на набережной Фонтанки. Впечатлений в этот день и так было предостаточно. Оставалось проехать легендарную ограду Летнего сада и свернуть направо. И тут оказалось, что поворот на Фонтанку перекрыт какими-то строительно-ремонтными работами и надо искать объезд.
С левой стороны красовалась Нева, а первый поворот направо привел на Гагаринскую улицу, которая показалась сперва мрачной, пустой и неинтересной. Но потом мое внимание привлекла кучка людей, собравшихся под козырьком одного из домов. Остановившись, я попытался рассмотреть этот дом целиком. И…обалдел!
Среди многочисленных великолепных дворцов Петербурга ныне почти неизвестен так называемый второй, или Малый, Мраморный дворец (чаще его называют особняком Н. А. Кушелева-Безбородко). Эффектный неоренессансный дворец, облицованный розовым тивдийским мрамором, располагается на Гагаринской улице (еще недавно Фурманова, 3). Если Мраморный дворец, построенный по велению Екатерины II на Дворцовой набережной в качестве подарка Григорию Орлову архитектором Антонио Ринальди, стал украшением города и филиалом Русского музея, то его младший брат, построенный через 100 лет, только в 1970 году был взят под охрану в качестве памятника архитектуры и передан Европейскому университету. А между тем с этим дворцом тесно связаны судьбы императора Александра II и светлейшей княгини Е. М. Юрьевской (Екатерины Долгоруковой). И много чего еще…
Мрамор — относительно редкий гость на берегах Северной Пальмиры. Нежный южный камень не выносит знаменитых капризов петербургской погоды, ныне для сохранности его даже покрывают специальным составом, а раньше — увы. Да и далеко не всем по карману возвести мраморный фасад. Поэтому уникальный особняк графа Кушелева-Безбородко появившийся в 1857—1862 годах на Гагаринской улице, 3, имеет второе название — Малый мраморный дворец. До него столь обширное применение мрамора для отделки фасадов встречалось лишь в Исаакиевском соборе и Мраморном дворце, которые знают все.
Первое каменное здание появилось на этом участке в 1770-х годах. В первой половине XIX века особняк, уже перестроенный, был продан Министерству иностранных дел, здесь разместилось прусское посольство. Вскоре постройка перешла в руки графа Александра Григорьевича Кушелева-Безбородко, государственного деятеля и владельца одной из самых богатых в России картинных галерей. На тот момент он уже владел соседним домом № 1, выходившем на Гагаринскую набережную, ставшую затем Кутузовской.
Купленный графом особняк вошел в состав усадьбы с садом и несколькими дворами. В 1846 году здесь была открыта общедоступная художественная галерея. В 1855 году Александр Григорьевич скончался, и особняк унаследовал его сын Николай, при котором архитектор Эдуард Яковлевич Шмидт перестроил и расширил здание, облицовав мрамором фасад.
Великолепие «Дворца с Музеем в одном флаконе» радовало молодого владельца недолго. Николай Александрович скончался в возрасте 28 лет, в 1862 году, а в 1873 году его вдова продала дом казне. В особняк въехал Николай Константинович, старший сын великого князя Константина Николаевича. Первое, чем дворец встречает заходящих в него гостей, — огромная парадная лестница, наверное, одна из самых узнаваемых в нашем городе. В верхнем вестибюле на постаменте установлена большая ваза, здесь же находится изящная винтовая лестница, ведущая на второй этаж. А дальше…
Новый хозяин дворца отличался широкой натурой и любил женское общество. Среди прочих, водил он и знакомство с известной авантюристкой своего времени госпожой Фанни Лир, оставившей воспоминания о посещении этого дворца: "По широкой лестнице розового мрамора с великолепными вазами и бронзовыми фигурами мы поднялись во внутренние апартаменты, состоявшие из ряда комнат одна лучше другой. Тут я увидела огромную бальную залу, белую с позолотой, в стиле эпохи Возрождения; великолепный салон во вкусе Людовика XIV и другую гостиную, украшенную выцветшими гобеленами Людовика XV; курительную комнату мавританского стиля; будуар, обтянутый розовым шелком с кружевами; туалетный кабинет с превосходной мраморной ванной; большую столовую, обтянутую кордовской кожей; залу елизаветинского стиля; его кабинет; полузаброшенную домашнюю церковь и запущенный сад. Всюду драгоценные вещи, фарфор, картины, ковры. Я обомлела от изумления при виде этого великолепия. Ни один дворец … не смог бы поспорить в красоте с этим…"
Впрочем, Николай Константинович тоже недолго пожил среди мраморного великолепия: уличенный в краже ценностей, он содержался в собственном дворце под арестом, а вскоре и вовсе был выслан из столицы. …И тут судьба нашего мраморного дворца пересеклась с непростой историей императора Александра II. Государь еще в 1866 году в Петергофе пообещал юной княжне Екатерине Долгоруковой: как только он будет свободен, он женится на ней… Прошло 14 лет, наполненных тайными встречами, совместными путешествиями, рождением детей, терзаниями императора между долгом перед короной и Отечеством и любовью и привязанностью к Катрин и их малюткам.
22 мая 1880 года не стало благородной, кроткой и болезненной императрицы Марии Александровны. Выдержав на редкость короткий траур, “июля шестого дня в три часа в Царскосельской дворцовой походной церкви Его Императорское Величество Государь Император Александр Николаевич… благоизволил вступить во второй законный брак с Фрейлиной княжною Екатериною Михайловной Долгоруковой”1 . Важное для многолетних любовников событие было закреплено актом с личными подписями свидетелей бракосочетания, а также указом о привоении жене и их внебрачным детям княжеского титула и фамилии Юрьевские.
Вскоре после смерти Александра II его венценосный сын, император Александр III, исполняя волю отца своим Высочайшим повелением от 25 апреля 1881 года распоряжается: дом, принадлежащий великому князю Николаю Константиновичу , приобрести в полную собственность княгини Е. М. Юрьевской за 600 тыс. рублей (за ту же сумму, какую несколько ранее предлагало французское посольство), а также назначает из сумм кабинета его величества по 100 тысяч рублей в год содержания с 1 мая 1881 года.
Таким образом, светлейшая княгиня становится владелицей обширного дворца общей площадью почти 3 тыс. квадратных метров. Современников поражало великолепие парадных залов дворца, исполненных в неоренессансном стиле. Это нарядные Золотая гостиная в стиле Людовика XIV и Белый зал “в два света, стиля ренессанс с живописным плафоном XVI века Болонской школы. Стены и потолок этого зала были “убраны роскошною лепною работой… паркет инкрустирован драгоценными мелкими кусочками дерева и большим количеством перламутра”.
В отделке дворцовых помещений использованы стили всех трех Людовиков: гостиные в стиле Людовика XIV и XV, Дамский кабинет в стиле Людовика XVI. Не с меньшей роскошью решены Большой кабинет — копия с кабинета императора Карла V в Брюгге, Гостиная саксонского фарфора, Гобеленовая зала, бильярдная, богато отделанная ореховыми панелями, Розовый будуар в духе Помпадур, Елизаветинская зала. Практически каждое помещение — стилизация той или иной эпохи. Особой эффектностью выделялась парадная лестница из мрамора различных оттенков, с многочисленными зеркалами, вазами, мраморными и бронзовыми статуями Антиноя, Флоры, индийскими и китайскими скульптурами.
В память о возлюбленном императоре во дворце княгини бережно сохранялись его кабинет и расположенная в бельетаже опочивальня государя с принадлежащими императору личными вещами. В находящейся рядом с Золотой гостиной опочивальне хранились такие реликвии, как десертный столик под черное дерево, на нем была помещена надпись: “Государя Императора Александра II у зеркала, где причесывался до 1 марта 1881 года”, кровать черного дерева, в изголовье которой располагалась бронзовая дощечка: “Проведена последняя ночь жизни до 1 марта 1881 г. …”
Через год после похорон Александра II Екатерина уехала из России в Ниццу. В 1913 году княгиня Е. М. Юрьевская продала дворец дочери камер-юнкера высочайшего двора Екатерине Павловне Леонард «за 1 200 000 рублей наличными со всей обстановкой, кроме предметов, связанных с памятью императора Александра II», которые вдова вывезла в Париж, а затем в Ниццу, и сейчас разбросаны по частным зарубежным собраниям…При последней хозяйке вместо бывшего усадебного сада появился доходный шестиэтажный дом с тремя флигелями, выстроенные в 1913—1914 годах (архитектор — Николай Николаевич Игнатьев).
В 1927 году здание было передано Институту гигиены и охраны труда. При этом отделка большинства парадных залов была уничтожена, так как организация перестраивала бывший дворец под собственные нужды. В 1970 году особняк был взят под охрану как памятник архитектуры. С 1994 по 2016 годы особняк принадлежал Европейскому университету на правах аренды и обучал студентов. В 2016 году договор в судебном порядке был расторгнут. До сих пор дворец не является действующим музеем, и попасть в него можно лишь в составе экскурсионной группы, если повезет записаться на проекте «Открытый город».
P.S. Стоит добавить, что уникальный особняк после выселения университета пустует и разрушается, поскольку Смольный не знает, откуда взять 10 миллиардов на его реконструкцию. Абсолютной загадкой до последнего времени считалась кафкианская история выселения Европейского университета из Малого Мраморного дворца и лишения его образовательной лицензии, несмотря на стремление вложить 2 млрд. в реконструкцию дворца и продолжать образование россиян.
Инициатором закрытия университета оказалась Служба по защите конституционного строя ФСБ и ее руководитель, генерал–полковник Алексей Седов. Эта служба призвана в основном заниматься борьбой с терроризмом. Но именно в нее влилось воссозданное "пятое управление" — по борьбе с "идеологическими диверсиями". Как пояснил генерал–лейтенант ФСБ Александр Михайлов, служба следит в том числе за зоной ответственности Минкульта: "Учреждения культуры могут использоваться противником для пропаганды в качестве структур, формирующих враждебное отношение к Российской Федерации, на их базе может осуществляться вербовка".
P.P.S. На набережную Фонтанки после осмотра Малого Мраморного дворца я все-таки выбрался, но…согласитесь, что после особняка Н. А. Кушелева-Безбородко дворец Петра I как-то не смотрится ))
