"Изгой"

Начиная искать информацию про авто старьёвщиков прошлого века я и не предполагал на сколько эта тема огромна, сколько интересных людей было вовлечено в этот процесс. Спасибо хорошему журналу Автопилот (который до 2010года) и Александру Новикову в частности.

ИЗГОЙ

Мой сосед и одноклассник Витя Мельников окончил факультет психологии МГУ и был распределен на работу в институт каких-то там социальных исследований. Так вот, этот самый институт находился в Большом Ржевском переулке, а чтобы попасть к нему от метро «Арбатская», требовалось пройти один квартал по улице Воровского. Как-то раз Витя опаздывал на работу и спешил, но это не помешало ему заметить в самом начале улицы старинный белый автомобиль, около которого копошился перепачканный маслом человек. Вечером Витя зашел ко мне и сообщил, что недалеко от его работы стоит нечто очень красивое, старинное, совершенно непонятной марки. Естественно, я был сильно заинтригован.
ЗАМОТИН, ОН ЖЕ ЗАНУДИН.

На следующий день была суббота, и я поехал на улицу Воровского (сейчас она снова Поварская) взглянуть на диковинную машину, которая так впечатлила моего приятеля. У глухой стены старого уютного домика, каких в до лужковской Москве было великое множество, я увидел нечто, накрытое брезентом, по очертаниям похожее на автомобиль. Набравшись наглости, я приподнял брезент — и обмер. Это было не абы что, а Buick-44 1931 года издания, потрясающей красоты родстер с «тещиным местом»! Совсем потеряв голову (старинные автомобили — это мой диагноз), я уже хотел было скинуть брезент совсем, чтобы сфотографировать машину, но рядом тут же возникла злобная бабуля из тех, что дежурят у подъездов и сканируют прохожих взглядом. Она заорала страшным голосом, чтоб я не смел прикасаться к чужим вещам и вообще валил «прочь отседова». Пришлось ретироваться. Однако мой фанатский зуд не прошел, и через неделю, поехав в Дом книги, я снова решил заглянуть на улицу Воровского. На этот раз удача сопутствовала мне — я застал и саму машину, уже без брезента, и ее владельца. Мы познакомились. Его зовут Александр Николаевич Замотин. По неизвестным мне причинам он любит называть себя Занудиным (многие думают, что это и впрямь его фамилия), хотя особого занудства я за ним не заметил. Он родился в 1951 году, с детства «болел» всякими-разными антикварными штучками, по мере взросления сфокусировался на старинных автомобилях (говорил, что этим увлечением он обязан своей первой учительнице и учителю труда), окончил МАДИ. Семья Замотиных — Александр, его первая жена Галя, сын и мать — занимала двухкомнатную квартирку на первом этаже старинного дома. Этот дом вообще-то должны были снести по плану реконструкции Москвы, принятому еще в 1935 году, поэтому семья жила в постоянном ожидании переезда, «на чемоданах». О своем отце Саша никогда ничего не рассказывал (по умолчанию считалось, что Сашу мама нашла в капусте), зато обожал вспоминать деда, одного из капитанов молодой советской индустрии, которого в известные времена обвинили в шпионаже и расстреляли в подвале на Лубянке. По Сашиным словам, у деда, когда ему еще только начали «шить дело», отобрали персональный Rolls-Royce. Мама Саши, очень красивая интеллигентная женщина, в сынке души не чаяла и всячески старалась привить ему хорошие манеры. Увы, особых успехов в этом она так и не добилась. На манеры Саше было начхать, его больше волновали машины. Старые, грязные, ржавые. Он мог запросто прийти к обеденному столу (за которым, бывало, сидели чинные мамины гости) в том, в чем только что лежал во дворе под машиной, запустить солидольную лапу в общее блюдо с клубникой и, запихивая в рот и роняя на пол ягоды, убежать обратно во двор, к своим грязным железякам.
Саша доверительно сообщил мне, что он восстановил Buick 1931 года ради того, чтоб сохранить хоть какую-нибудь вещь из наследства расстрелянного деда. Реставрация удалась на славу. Тестируя машину, Саша носился на ней по улице Воровского, пугая прохожих и раздражая милиционеров, дежуривших у здания Прокуратуры СССР. Кончились тест-драйвы тем, что его поймали гаишники, и пришлось откупиться 30 рублями — огромной по тем временам и для Сашиного бюджета суммой. Впрочем, Buick привлекал не только милицию — на него, как на приманку, слетались девочки из расположенной неподалеку Гнесинки. Надо особо отметить, что Александр Николаевич Замотин любит женщин не меньше, а, может и больше, чем машины. Забегая вперед, скажу, что за весь репродуктивный период своей бурной жизни он произвел десять (!) детей.
ПОДМОЧЕННАЯ РЕПУТАЦИЯ.
Судьба оказалась злодейкой — посредством этого «Бьюика» Замотин здорово подмочил свою репутацию в среде автомобильных реставраторов. В один прекрасный (для Саши — ужасный) день на очередное заседание САМСа пришел некий Виктор Кузнецов, филолог, который выступил с горячей разоблачительной речью. По словам Кузнецова выходило, что Замотин просто-напросто «обул» его с этим «Бьюиком». Что истинным владельцем этого автомобиля был вовсе не Замотин, а он, Виктор Кузнецов — именно он купил Buick в комиссионке в Ногинске за 350 рублей, собрался было его реставрировать, но быстро убедился, что филологическое образование — не лучший базис для слесарного дела. Тогда Виктор стал искать мастера, и в конце концов вышел на Замотина. Они обговорили условия: Замотин полностью восстанавливает Buick, затем они отдают его киношникам для съемок в фильмах (киношники, падкие на автомобильные раритеты, частенько вербовали реставраторов на картины с историческим уклоном). Гонорары от киностудий делят так: Замотину — тридцать процентов, Кузнецову — семьдесят. Замотин без колебаний согласился, и Кузнецов выписал ему доверенность на машину без права перепродажи.
А дальше, по словам Кузнецова, дело пошло совсем по другой колее. Замотин, дескать, и вправду восстановил машину и снялся с ней в каких-то двух фильмах, но гонорары промотал с женой в Пицунде. А Buick он потом бросил в глухом переулке, после чего позвонил Кузнецову и заявил: «Твоя машина — дерьмо, ее нельзя восстановить. Если хочешь, можешь ее забрать»… Жена Кузнецова пыталась подать на Замотина в суд, но судейские не сочли для себя интересным расхлебывать всю эту кашу, и в возбуждении дела было отказано. Рассказ обиженного филолога произвел сильное впечатление на честное сообщество «Следопытов автомотостарины». Александр Замотин, которого в САМСе еще никто толком и не знал, был объявлен персоной нон грата.

ЭТО СЛАДКОЕ СЛОВО — ХАЛЯВА.
Однажды Саша, живо интересовавшийся любым антиквариатом, зашел к одной старушке, у которой было чем поживиться. Чтоб она была сговорчивее, он назвался студентом Гнесинки, создающим музей старинных вещей. Старушка по доброте душевной отдала ему огромные настенные часы, а заодно сообщила, что у ее родственницы на даче стоит мотоцикл начала XX века. Саша так разволновался, что, выйдя от старушки, бросил часы на улице и побежал к своему приятелю Юре Водопьянову, у которого была «копейка» на ходу. Они помчались по указанному адресу и там, на чердаке дачи старушкиной родственницы, увидели совершенно ржавый, но вполне комплектный английский мотоцикл Rover 1914 года. От денег женщина отказалась, заявив, что давно б уж выбросила эту рухлядь, если б могла спустить ее с чердака — так что, мол, забирайте даром, спасибо за вывоз. От столь сладкой халявы у Саши аж дух перехватило. Есть же такие женщины в русских селеньях…
Однако бесплатный сыр, как известно, бывает только в мышеловках. Старинный мотоцикл Rover сыграл роль сыра в той финансовой мышеловке, в которую вляпался Саша. Халява обернулась огромными расходами. На реставрацию мотоцикла Замотин потратил три года (!) и практически все семейные деньги. Тут, правда, еще одна халява привалила: старый домик Замотиных на улице Воровского наконец-то пошел на снос, и семье дали трехкомнатную квартиру в Орехово-Борисово. Но и тут все обернулось неприятностями. Желая наилучшим образом обеспечить сохранность уникального мотоцикла, Саша поставил его в большой комнате, на что жена Галя устроила грандиозный скандал с битьем нажитого непосильным трудом антиквариата. В результате Саша поселил Rover на балконе, а с Галей решил развестись при первом удобном случае.
Замотину очень хотелось показать Rover в Прибалтике, где концентрация знатоков автомотостарины была наивысшей. Своим ходом гнать туда древний мотоцикл — чистое безумие, а машины не было. И тут — вот ведь везуха! — снова привалила халява. И снова, как и в случаях с часами и с мотоциклом — от старичков. Однажды Саша увидел у подъезда, как старенький инвалид, бормоча под нос «проклятые хохлы налепили туфты», безуспешно пытался завести новый «ушастый» «Запорожец». Замотин предложил помощь и завел машину в пять секунд — оказалось, что владелец просто забыл про «массу». Они подружились. Старик, который уже плохо видел, предложил Замотину пользоваться «Запорожцем» при условии, что иногда Саша будут возить его, инвалида, в родную деревню. И Саша не упустил свой шанс.
В тот год Рижский клуб антикварных автомобилей праздновал свое пятилетие и приглашал гостей. Замотин разобрал мотоцикл Rover, погрузил раму на верхний багажник «Запорожца», а колеса и двигатель — на заднее сиденье и отправился в Латвию. Он хотел было ехать в одной колонне с членами САМСа, но ему вежливо намекнули, что «Запорожец» не вписывается в стройные ряды олдтаймеров. Саша понял, что на самом деле не «Запорожец» не вписывается, а он сам, и не стал настаивать. Рванул отдельно. И приехал в Ригу раньше всех — колонна олдтаймеров шла не более 50 км/ч, а новенький «Запорожец» держал больше «сотни». Саша сорвал главные «мотоциклетные» лавры — Rover 1914 года произвел фурор в стане прибалтийских знатоков.
ПЛОДИТЕСЬ И РАЗМНОЖАЙТЕСЬ.
Попытки Замотина наладить нормальные отношения с членами САМСа успехом не увенчались. Ему так и не простили ту мутную историю с «Бьюиком». Саша постоянно жаловался, что ему вставляют палки в колеса и всячески оттирают его от клубной жизни. Когда около сотни старинных «Ситроенов», совершавших пробег Париж — Москва — Париж, прибыли в мотель «Солнечный», Замотина «забыли» внести в список гостей. Он все-таки проник на территорию, но его тут же скрутили бармены в штатском и выдворили вон.
В пику обидчикам Замотин организовал некий «антиСАМС» — Клуб реставраторов автомобилей и мотоциклов при Красногвардейском доме юношеского творчества. Этот клуб провел несколько успешных мероприятий, среди которых особо запомнилось участие в слете в эстонском городе Тарту. И даже не столько участие, сколько дорога на слет и обратно. Ехали на раздолбанном грузовичке ГАЗ-51, в кузове было 12 мотоциклов и куча народу. Грузовик тащился с черепашьей скоростью, и эту тысячекилометровую пытку Замотин скрашивал вдохновенным исполнением матерных песен под гитару. Однако замотинский клуб просуществовал недолго. Кроме того, Сашины отношения с Галей совсем разладились.
Конец 70-х годов прошлого века стал для Замотина рубежом новой жизни. Он познакомился со своей будущей второй женой Наташей, младшей научной сотрудницей одного из московских музеев. Та, будучи младше его на десять лет, прониклась его реставраторским пылом. А также созревшим у него желанием бросить осточертевший город к чертовой матери и уехать в какой-нибудь медвежий угол. Они уже много лет живут в деревне Мышкино на окраине Ивановской области, где им никто не мешает заниматься любимыми делами — реставрировать машины и делать детей. Сколько машин сделали, точно не помнят — ЗИС-101А, ЗИС-5, ГАЗ-67, что-то там еще… Дети — на гораздо более точном учете. Всего их у Замотина — десять. За девятерых из них спасибо второй жене.

Автопилот 2007 Новиков А

Ещё нашёл интервью с ним в журнале «Игрушки для больших» №17

Александр Замотин
Однажды он раздал друзьям свою коллекцию из шестидесяти автомобилей и мотоциклов, бросил всё и уехал в самый глухой угол Ивановской области. Но даже, став отцом десятерых детей и обзаведясь большим хозяйством, не бросил любимого занятия. В Москву ездит на ЗиС-101, по деревне Мышкино — на ГАЗ-67, а сено с покоса возит на ЗиС-5.

— Каким был Ваш первый автомобиль?
— Москвич-402,1957-го года выпуска.
— Какими автомобилями Вы владеете в настоящий момент и на чём Вы ездите ежедневно?
— ЗиС-101, ЗиС-5В, ГАЗ-67Б, Москвич-407, ГАЗ-53, Тойота Кроун, Тойота Кра-ун Вэн, Фольксваген Транспортер 2 синхро, два трактора Т-40.
— Назовите лучшие из принадлежавших Вам автомобилей.
-ЗиС-101, ГАЗ-67, Т2 синхро.
— А худший?
— "Таврия".
— О продаже какой машины Вы жалеете сильнее всего?
— ЗиС-101.
— Какой своей реставрацией Вы больше всего гордитесь?
— Мотоцикл "Ровер" 1914-го года.
— Какой давно забытый автомобиль Вы хотели бы воссоздать?
— "Спикерт" 1902 г. — первый в мире 6-ти цилиндровый автомобиль с колёсной формулой 4x4, через 40 лет в России он был повторен в виде ГАЗ-61, а потом уже появился "Ниссан Патрол" (ещё через 40 лет).
— Кто оказал на Вас наибольшее влияние, и что подтолкнуло Вас к занятию автореставрацией?
— Моя первая учительница Александра Александровна Кирюшкина, самая красивая и обаятельная; Владимир Дмитриевич Ермолов, 1914-го года рождения — шофёр с 1930 года; учитель труда Виктор Петрович Этко.
— Состоите ли Вы в каком-либо клубе любителей олдтаймеров?
— Я создал клуб реставрации монархизма и мотоциклов в 1966 году. Вдохновителем и учредителем его был поэт Николай Глазков, членами клуба были Юрий Косоуров, Игорь Бабакин, Андрей Лукин, поэт Евгений Евтушенко.
— Какое последнее мероприятие, связанное с классическимм автомобилями Вы посетили?
— Фестиваль в Крылатском 23-25 мая с.г.
— Ваша любимая автомобильная книга?
— Бодри де Сонье "Руководство желающим приобрести автомобиль по случаю", перевод братьев Орловских; книги профессора Грибова.
— Храните ли Вы какую-нибудь автомобильную реликвию (сувенир, рисунок, фото и т.п.)?
— Фрагмент эмблемы ЗиС-101.
— Расскажите о наиболее запомнившейся Вам автомобильной поездке.
— Перегон ЗиС-101 из г.Чебоксары в Москву в 1979 году с другом и членом клуба Василием Козловским.
— Назовите специальный инструмент, который всегда и при любых обстоятельствах должен брать с собой владелец олдтаймера.
— Молитва, 90-й псалом "Живый в помощи Вышнего…", образа святителя Николая и святого Христофора, покровителя автомобилистов.
— Что Вас огорчает?
— Пренебрежение к истории Отечества.
— Какой вопрос Вы задали бы себе сами?
— Что нужно сделать или что должно произойти, чтобы соотечественники почувствовали необходимость реставрации России?
— Что Вы пожелали бы читателям нашего журнала?
— Задуматься: в 1914 году царь Николай II пустил в обращение золотой червонец, русская валюта принималась по всему земному шару. Папа Римский в 1940 году ездил на автомобиле ЗиС-101 с красным флагом на капоте, который итальянские власти безуспешно требовали снять. Принц Гамлет мог поставить вопрос: "Неладно что-то в датском королевстве", а мы лишены такого счастья: знаем, что неладно, но где? — не можем даже сформулировать. А "быть или не быть" — как мы ответим на этот гамлетовский вопрос?