Вершина Скалистая. Октябрь 1990 года. (часть первая)

Plotny69

7 октября 2015

Итак, 29 сентября 1990 года, мы отправляемся покорять великую гору Шан, а заодно делать первопроход двойки на вершину левее Обзорной, которую приметили в прошлом году. Вот она, торчит на заднем плане:

Из объявленных республиканских соревнований по альпинизму получается только наша вылазка. В Орджоникидзе мы затариваемся хлебом, печеньем и другими съестными припасами. Зафрахтованный в госкомспорте автобус довозит нас до поворота на Гули.
Покинув относительно тёплый автобус, мы проходим по ущелью метров 800 и останавливаемся перекусить. Тут мы оживлённо делимся впечатлениями, кусками еды и разными сомнительными комплиментами. Я понимаю, что ребята уже слегка заговорились и легкомысленно, но очень громко спрашиваю: «Вы чё, (зви)здеть сюда пришли?» На этом я осекаюсь, так как вижу круглые глаза Машки, единственной девушки, бывшей среди нас. Следует короткая немая сцена и за ней взрыв хохота. Однока, вопрос доходит до сознания, рюкзаки собирают и несут. Главным шерпой экспедиции назначаем Валентина Новичкова.

Погода никого не радует, моросит дождь. Идём без приключений, если не считать подвыпивших представителей местной интеллигенции в костюмах и галстуках у дороги, которые наливают по стопарику Серёге, Владу, Вале и Шурику и дают им с собой варёную курицу, сигареты и зелень. Я с Машкой подхожу чуть позже, но на возлияние не останавливаюсь, за что все на меня потом сетуют. Около шести мы устраиваемся на стоянку в неудобном месте, недалеко от старой лавины.

Валя, засланный поискать чего получше вперёд, чуть-чуть не доходит до прекрасных скальных навесов, под которые мы перебираемся лишь на следующий день. Пока же приходится встать на сырой бугор, ночевать в сырых палатках и жечь костёр сырыми дровами.

30.09.1990. Ходим с Шурой на озёра, в надежде сделать разведку маршрута, но тщетно.

Идёт дождь, а на озёрах и снег. Мой прорезиненный плащ промокает под мышками, и это очень неприятно. Буренков вообще промокает насквозь, но оборачиваемся мы лихо, оценив ходьбу без рюкзака. По дороге общаемся с чабанами, они говорят, что две недели до этого стояла отличная погода. Я не представляю в Шандоне хорошей погоды, ни разу её здесь не видел, не застаём мы её и теперь. Утешает возможность ночевать под скальными навесами, где абсолютно сухо и мы с Шурой долго там стоим, не желая снова выходить под дождь. Мужики в лагере успевают не только приготовить под дождём, но и хорошенько выпить. Открыв палатку, мы чувтвуем запах перегара и видим их счастливые лица. Мы быстро обрисовываем положение дел и бодро занимаемся переноской шмотья. После нескольких ходок по 500 метров на старом биваке ничего не остаётся и мы с Буренковым переодеваемся.

Дождь не утихает и не собирается, нос дальше навеса мы не высовываем, сушимся себе мирно и смотрим на состояние погоды.

По хребтам тянется плотный туман, он не рассеивается, так сумрачный день и заканчивается.
Но и 01.10.90 ничего не меняется. Мы снова ходим, теперь вчетвером, на озёра и дальше. На Мокрой поляне застаём вид с открытой Самантой, но её тут же затягивает туманом.

Серёга и Валя с жаром сетуют, что мы не подняли сюда вещи, но погода доверия не вызывает. На озёрах не оказывается моста, на ту сторону переходит один Буренков и мы двигаемся параллельно, пока не упираемся во второй моренный вал, уходящий вверх примерно на сотню метров. Нас накрывает густым туманом и мы решаем вернуться. Буренков тем временем доходит до места, с которого снимает вершину Сахарисмта, благодаря чему становится героем дня.

В лагере нас дружно встречают, кормят,

поят чаем и укладывают спать. В два часа ночи я встаю на шхельду, обнаруживаю совершенно чистое небо с невозмутимыми звёздами и понимаю, что утром нам предстоит «долгий путь». С этим облегчением я и залезаю в палатку.
Утром 02.10.1990 мы, попив чаю, так и делаем. Выйдя на Мокрую поляну, мы видим чистейший и красивейший Шан,

вершину ЧИФА(Чечено-Ингушская Федерация Альпинизма)

треугольник Саманты и стрелка, отмеряющая настроение, ползёт вверх. До кошары мы доходим до безобразия быстро, всего за час двадцать. Устраиваемся там по-королевски, приносим воды и дров, раскладываем сушиться шмотьё, раздеваемся и загораем. Через некоторое время намечаем разведку, чтобы отдыхать после неё со спокойной душой. От кошар открывается примерно такая картина:

Небо без единого облачка.
Оставив Влада, Валю и Машку готовить, мы выходим на разведку. С противоположного борта открывается кайфовый вид на верховья ущелья.

Внизу торчат зубы Гиреча, над ними висит облако.

Мы высматриваем три варианта подъёма на Скалистую,

а гору мы позже называем именно так. На втором варианте нас ждёт большая стена, оценить которую без оптики мы не можем, но которая уже не походит на безобидную двойку. Третий вариант предполагает после выхода на гребень два огромных жандарма, каждый из которых тянет на самостоятельную вершину. Если б мы знали, что творится на гребне, этот вариант отсеялся бы автоматически. Второй, как я уже говорил, отталкивает своей стеной и мы останавливаемся на первом. Правда и здесь есть одно неясное место, закрытое бараньими лбами. В итоге, на вершину мы выходим четвёртым вариантом и это оказывается самый логичный путь.

Покончив с разведкой, мы спускаемся вниз, рвём по пути рябину

и находим старинный мост. Мы обедаем и полным составом идём смотреть тройку. Шан оказывается не таким приветливым, как Скалистая, пока я рисую его, солнце заходит, склоны уходят в тень и становится холодно. Тройка, предложенная Смирновым, выглядит совершенно классической.