Путешествие в Кын 20-22 августа 2019

Кын был одним из нескольких вариантов в предварительной подготовке плана поездок по Пермскому краю. Для нас с Мариной, как для фотографов, как обычно все решила погода, регулярно обозреваемая через RP5 по интересующим точкам пространства. Тут стоит уточнить, что лето 19-го года в Пермском крае выдалось мерзопакостное — минимум солнечных дней, максимум серости и дождей. Поэтому было “не до жиру”, при любом просветлении с минимумом облачности и желательно туманчиком, мы срывались с места на рассветно-закатное фотоблудие. После очередного мониторинга погоды в крае, показалось относительно солнечное окошко в Кыне после 20-го августа. Решено — едем.

Пошел гугулить где остановиться. В интернете нашел три телефона на постой, и никаких сайтов, что в общем не удивительно. Ответил лишь третий номер:
— Мы хотим сегодня остановиться у вас на пару ночей.
— У меня занято, но приезжайте, уверенно заявил Виталий
— ?
— Что-нибудь найдем.
— Точно? Не очень хотелось бы ночевать в машине.
— На почте можно.
— На почте?
— Приезжайте, встречу, может еще что найду закончил Виталий.
Ну ОК, на почте так на почте. Морально мы были готовы к любым поворотам.

Яндекс-навигатор построил кратчайший маршрут из Перми в Кын через Чусовой и Лысьву. Маршрут длиной 250 км требует 4 часа времени по навигатору.

В реале оказалось побольше. Дорога в целом доступна практически любому автомобилю, но есть некоторые тонкости.

По дороге решили перекусить. Подвернулась кафешка “Шалаш” перед Усть-Шалашной. По московским меркам недорого и вкусно. Особенно понравились местные картофельные шаньги, которых мы набрали отдельно в кулек и питались остаток дня.

В селе Кормовище кончается асфальт и навигатор предлагает срезать путь до грейдера. В реальности этот срез — плохая грунтовка с колеей и лужами, через лес, по которому ездят лесовозы, тут неподготовленному к бездорожью авто делать нечего. Лучше объехать село, как показано на схеме.

Далее идет грейдер на полсотни километров. Сначала хороший, скоростной, потом похуже, потом колейная бетонка и последний участок от станции Кын до Кын-завода — оставляет желать. Умиляют знаки разрешающие скорость не более 90 км/ч. В реале там больше 60-ти ехать зубодробительно. В общем весь путь занял около пяти с половиной часов.

Мы подъехали к дому Виталия после 18-ти местного. В Кыне было сыро, видно недавно прошел дождь. Мой мегафоно-телефон уныло показывал что в этих дербенях он не больше не средство связи, у Марины с МТС тоже самое. Дело осложнялось.
Стучу интеллигентно — тишина.
Стучу уверенно — тишина.
Стучу как пьяный механизатор которого прижало до горшка — опять тишина.
Понятно — дома никого нет. Решили подождать, мало ли, человек отлучился.

Оглянулись. Дом стоит на горе с прекрасным видом во все стороны. Тут же перед склоном деревянная беседка, явно построенная для созерцания местных красот. Ну и красоты не заставили себя ждать, за селом над Чусовой появилась радуга, переливаясь в солнечных лучах пробивающихся через легкую дымку и разрывы туч. На этом и сделали первые фото.

Смеркалось. Начали жрать комары. Виталия нет.

Ну ладно. Едем на почту, домик которой стоит сразу за мостом у памятного знака Пермского края. Подъехали, стучим. Открывает худощавый, немного обросший благообразный мужчина с хитрым прищуром:
— Мы это. от Виталия… Он сказал что на почте можно будет переночевать. Нам на пару ночей.
— Так нет проблем! Наверху есть свободные комнаты, занимайте какая понравится. Хозяйка должна подойти.
— А вы кто?
— А мы художники из Питера. У нас тут группа из 4-х человек. Заходите — занимайте.
Что-то как-то неудобно было без хозяйки номера занимать. Остались ждать хозяйку на улице, развлекая себя фотками скал с моста через Кын. Совсем стемнело. В сумраке мы разглядели три груженые фигуры художников вернувшихся с пленэра в гостиницу. Но хозяйки все не было. После часа ожидания и назойливого внимания вечерних комаров нам стало казаться, что приглашения Владимира Баженова (это был он — лидер пейзажных художников из Питера) вполне достаточно чтобы зачекинится в номере. ;)

Но тут неожиданно на квадроцикле подкатила она. Хозяйка гостиницы по имени Виталина оказалась общительной блондинкой, круглого телосложения с характерным местным говорком. Она перекинулась с художниками, затем обратилась к нам — Чё стоите?! Номер идите занимайте!

Мы быстро поднялись на второй этаж и заняли трехместный угловой номер окна которого выходили на две стороны дома. С одной стороны видно автостоянку, где стоит наше средство передвижения, с другой виден мост, скала и памятный знак начала Пермского края. Номер оказался неожиданно опрятным и чистым. Все хорошо, но где ключ?
— Я не знаю, честно призналась Виталина, у нас тут есть какие-то ключи, но не понятно подходят ли.
Она принесла пару ключей на колечке. Ключи подошли к круглой офисной ручке замка. Я закрыл комнату, вынул ключ и… спокойно открыл комнату без ключа. На мой немой вопрос — “в чем смысл?” Виталина нашлась:
— “Ну я же говорила что с ключами все не понятно. Тут нужно менять замки, но мастера пока нет. Но мы это обязательно доделаем, но потом. А пока так.” )

Угу. Как-то так. Номер есть, замка нет. Все ценные вещи при уходе — с собой в машину. Тем более Владимир уже рассказал, что у него увели не дешевые краски в прошлом году. Хотя он и не в обиде. Тот мужик оказался хорошим, но пьющим и под этим делом склонным к клептомании.

Я решил спросить про сотовую связь.
— А зачем вам эти телефоны? Вы же отдыхать приехали! — искренне недоумевала Виталина — Тут вона, свежий воздух, речка, лес, отдыхайте! — по доброму прочирикала она.
— Нам бы как-то в интернет попасть… — по ее лицу я понял, что для нее это не очень понятный аргумент — Есть тут у вас где местную симку купить?
— В магазине на почте должно быть. Только эта… завтра среда, магазин не работает…, тут только послезавтра, в четверг Света будет.
Эмммм… Спасибо…

Избалованный столичным сервисом у меня в голове с трудом укладывалась схема работы магазина через день. Почему-то вспомнились советские Сельпо.

На первом этаже два санузла. Доступны оба, но со своими приколами. В первом работает душевая кабинка и умывальник, но сам унитаз течет. Течет под ноги. Хотя формально — работает. )
Во втором туалете унитаз стоял как скала, не тек. В смысле — мимо не тек. Но не работала душевая кабинка. Умывальник при этом вихлялся и шатался как сельский тракторист под утро. Но дело свое делал.

Также не первом этаже общая кухня с 4-мя столами где уже разделывали свежий большой арбуз художники. Оказывается они сюда ездят почти каждый год. Место красивое и фотогеничное. Могу подтвердить. При всей любви к пейзажам у каждого из них свой взгляд, опыт и стиль. Если сам Владимир Баженов пишет ближе к классике, то пара его молодых коллег более склонны к модерновым экспериментам и стилям. Анна, единственная барышня в группе и по совместительству жена Владимира — профессиональный портретист, но на природе тоже находит для себя интересные сюжеты.
Они сломали мне застарелый стереотип — они не пили…

В общем компания подобралась на редкость интересная. Жалею, что было мало времени для общения.

Время 23 часа. Спать. Подъем у фотографов в 4 утра. Рассвет в 5 с копейками, а нужно еще найти место.
Расстелились и легли. Оказалось что мощный уличный фонарь светит через окно и редкий тюль занавески прямо в глаз. Сна нет. Ворочался пару часов пока отрубился.

Звонок будильника телефона часто вызывает малоосознанное к резким телодвижениям. Послать все к чертям и завернувшись в теплое одеяло досмотреть остатки сна. Но внутренний голос строго воззвав к совести и здравому смыслу напоминает, что ты, ленивый служитель стеклянных линз и цифровых матриц, не спать сюда приехал.
Ну ОК. Вздохнув выбираюсь из кровати. Расталкиваю Марину. Подъем. Умывальник, полотенце, бутылка холодной воды приводят в сознание невыспавшееся тело. Камеры, объективы, аккумуляторы и штативы в готовности. Одеваемся, погнали.

Утро 21-го августа выдалось обычным. Небо в облаках, свежий ветерок, без намека на туман. По большому счету — скукота. Сначала рванули на гору над селом, резонно предположив, что солнце первым делом будет видно там. Но погодный бог располагал по своему. Чуть появившись солнце скрылось за плотной пеленой многослойных туч оставив за собой легкое рассветное зарево. Делаем серию снимков с горы и спускаемся к Чусовой на историческую пристань, которая представляет из себя стенку из многотонных каменных блоков, построенную для причала барок грузивших продукцию завода в 19м веке. Рядом стоянка местных узких лодочек.

Фактура хороша, но света нет. Легкое зарево на горизонте под свинцовым покровом туч. Что делать, — хороший фотограф должен уметь найти картинку в любых условиях. Ищем. Что-то получилось, что-то не очень.

Поехали на следующую гору, которая нависает над рекой Кын. Там из достопримечательностей только два одиноких кедра в чистом поле. Зато отличный вид всего села и церкви. Тут я делаю несколько панорамных снимков, попутно чуть не свергнувшись вниз. Дело в том, что склон казался довольно пологим и ровным и если идти разглядывая красоты окрестностей можно очередной шаг сделать в обрыв, который прыгает на вас внезапно. В общем фотки — фотками, а жизнь одна.

К этому времени налетел облачный сплошняк и пейзаж приобрел типичные уральско-серые оттенки, небольшим горбом в центре гистограммы.

Поскольку больше никакого шедеврального света не предвиделось, пошли изучать историю города, а именно несколько сохранившихся зданий Кыновского завода Строгановых 19го века и церковь.

Из этих зданий только старая чертежная, переделанная потом в сельский клуб и караульная изба сохранились хорошо. Остальные сооружения плачевно зияли проваленными крышами и дырявыми стенами. Зато во всем этом чувствовалась “настоящесть” без столичного марафета и фейслифтинга реконструкций и новоделов. Подходишь к стене и видно что она реально не тронута с 19 века. Под ногами периодически попадаются какие-то проржавленные железные окатыши, вероятно наследие того завода. По берегам реки до сих пор сохранились остатки дамбы, которая перекрывала реку образуя большую кыновскую запруду. Впечатлила ее толщина, около полсотни метров.

Свято-троицкая церковь — главная доминанта села, неспешно реставрируется уже который год. Сверху послышался басовитый говорок двух рабочих на кровле. Мы, чтобы не мешать пошли внутрь. Там пока все весьма аскетично, но видно что службы ведутся. На входе лежат металлические плиты с маркировкой завода 1856 года.

Оказывается современному человеку без средств связи быстро становится сильно не комфортно, когда не то что любимый “окей гугл” не работает, а даже позвонить никуда не можешь.

В поисках сим-карты зашли сначала в один магазин у главной дороги, рядом с которым пугая своим диковато-пыльным видом возвышалось чучело пальмы. В теплом полумраке виднелись традиционные магазинские полки с невообразимым миксом ассортимента, когда не одной стороне стоит сахар, коробки с чаем и конфетами, а с другой лежат майки, теплые рейтузы и резиновые сапоги. А что? Необходимый сельский ассортимент. В углу еще стояли, сверкая свежеструганными черенками разные виды лопат и грабель. Тут не пропадешь.
В мою сторону из полумрака выдвинулась окладистая борода и вежливо поинтересовалась:
— Вам чего?
— Скажите у вас сим-карт в продаже нет?
— Это для телефона чтоль? Неее… Это если только на почте.
— Так на почте сегодня не работает.
— Ааа, ну тогда не знаю. В Кын-селе почта вроде работает. Там должно быть.
— Ок. Спасибо за совет. Подумаем.
Пошли дальше. Перед нашим мостом, на площади призывно открыл двери белый магазинчик, в котором полная бабушка в очках что-то перебирала в коробках:
Нет. Такого у нас не бывает. На почту ступайте.
Понятно. Других вариантов кроме почты нет.

Решили купить чаю в пакетиках на вечер. Просмотрев все богатство выбора, из десятка разных сортов на полке, спрашиваю:
— Дайте нам Гринфилд Эрл-грей пожалуйста.
Бабушка поправила очки и начала беспомощно водить пальцем вдоль коробок с чаем пытаясь соотнести услышанное сочетание звуков с надписями.
Через несколько секунд ее осенило, она обернулась, еще раз поправила очки и спросила:
— По какой цене то?
— 68-50, назвал я спасительные цифры.
Заветная коробочка легла на прилавок.
Спрашивать про оплату картой мне почему-то не хотелось, я открыл бумажник и достал мятый стольник.

Выйдя из магазина мы приняли решение — едем в Кын-станцию за 15 км в поисках местной сим-карты Теле2. Дали газу и грейдерной пыли. Почту нашли с помощью местных. К слову, там же сбербанк и полиция, и похоже все сосредоточение власти.

На почте тетенька меня обрадовала:
— Есть сим-карты по 50 и 100 рублей.
— Чем отличаются — задал дежурный вопрос я.
— На сотенной денег побольше — резонно ответила тетенька.
— А интернет-пакет подключен? — спросил я копаясь в бумажнике.
Секундная пауза. Я поднимаю глаза. По кисло-страдальческому, пытающемуся что-то вспомнить, выражению лица служительницы почтовых отправлений я понял, что этот вопрос был лишним. Я не стал уточнять какое слово в вопросе вызвало затруднение. Вероятно интернет у местных здесь все еще в виде экзотики.

Ну ОК. Взял за 100. В личном кабинете разберусь. Забегая вперед, там был тариф с 1Гб трафика. Не весть что, но на пару дней хватит.

Попутно посмотрели Кын-станцию. Прямо по центру, через все село протекает речка Кын, по левому берегу которой проходит железка. Тут же станция, на которой козловой кран, скрипя, грузит бревна в вагоны. Вдалеке видны скальные выступы с интересным рельефом.
Уже потом, читая историю села, я узнал что тут во время Гражданской войны, в августе 1918 тут прошел уникальный бой бронепоездов. Рубились красные венгры Мюнниха с белыми чехами Людвига Свободы. Казалось бы, где Вегрия с Чехией и где Кын? Чехи тогда победили. Удивительно то, что после Второй Мировой оба этих командира станут лидерами своих стран.

Вернулись в Кын-Завод после обеда и залегли спать.

Под вечер распогодилось и мы вдоволь погоняли по селу и местным горкам делая вечерне-закатные пейзажи.

Посмотрели как пишут художники, которые в тот день оккупировали полянку вокруг беседки Виталия. Кстати, с Виталием мне так встретиться и не удалось. Но, все равно ему спасибо за наводку на почту. Художникам в этот вечер где-то обломилась банька, а мы до самой ночи носились с фотоаппаратами.

Когда вернулись в гостиницу оказалось что нет воды. Никакой. У нас было что пить, но не чем умываться и не было туалета, что сильно напрягало. Владимир позвонил Виталине, та посоветовала идти с ведрами к ключу, который “тут недалеко”. Ну, ок. Взяли ведра и пошли через мост искать где-то у реки. На улице уже непроглядная темень, городские мужики в домашних сланцах, с ведрами и фонариком из телефона в кустах пытаются найти некий источник воды, который “где-то тут”. Рыскали минут 20. По пояс вымокли в росе. Ну где-то же он должен быть тут! Я сбегал за своим мощным фонарем и мы с моста стали шарить лучом по кустам в попытках определить место истечения подземных вод на грешну землю. Не нашли.

Перешли к плану Б. Просто спустились под скалой к реке и набрали из нее. Вода конечно мутновата, но для туалета в самый раз. На день вопрос закрыли.

Утро 22 августа. Подъем в 4 через немогу. За окном ночь. Даже фонари не светят. Умылись, оделись, прыгнули в машину в поисках предрассветных сюжетов. Свет фар режет скальпелем клубы тумана. В тот момент это порадовало. Крадучась между домами выехали на берег. В темноте метнулись какие-то тени. Я по тормозам. Из сумрака тумана глаза, вторые, третьи… Вглядываемся. Медленно в конус света вползает туша… Лошади! Выдохнули — мы офисный планктон, нам это в диковинку.
Десантировались из машины, вытащили штативы, попробовали снять. Но темно, выдержка несколько секунд, а лошади топчутся и размазываются.

Вышли на берег к лодкам. Волнами наползает туман из полумрака леса. Мы еще не знали что через час он скроет все вокруг.

Я поставил штатив чтобы сфотографировать дремлющие лодки у берега, как вдруг заметил силуэт крупной птицы стоящей среди спящих уток. Успел сделать два кадра, до того как цапля решила не испытывать судьбу и двумя взмахами скрылась в тумане.

Еще успели поснимать прибрежные пейзажи, лодки и лошадей, прежде чем все ушло в непроглядное молоко. Видимость упала до 20 метров.

Ну ОК, внизу видимости нет, может быть сверху что-то видно? — мы поехали на скалы. Но на скалах было все тоже самое. Надежда на рассвет умерла.

Задремали в машине в ожидании пока туман начнет рассеиваться. Ждали почти до 9-ти.

Солнце уже взошло и сияло мутным белым пятном откуда-то сверху. Со скал открывалась интересная панорама, туман отступал вверх от земли, постепенно открывая село метр за метром, клубясь толстым ватным одеялом над окрестностями. Вот показались ближайшие дома, вот уже почти полсела, а через полчаса был виден весь Кын-завод до пристани. Свет был мягкий и низкоконтрастный, как и все в это утро.

Все хорошее подходит к концу. Пора уезжать. Оторвавшись от панорамы села увидели большое стадо черно-белых коров пасущихся тут же на горах. Прямо как в Швейцарии — альпийские луга, скалы, туманчик и коровки. Напоследок сделали несколько не очень характерных для промышленного Урала снимков пастушьей идиллии.

На следующий год нужно будет вернуться сюда на подольше, взять моторку и исследовать ближайшие чусовские скалы, называемые на Урале — бойцы. Тут еще много есть что посмотреть, что почувствовать и к чему проникнуться.

…