Эльбрус-Казбек 2016. Часть 3

<<< Глава 2

Рано с утра, мы отправились в пещерный монастырь. К несчастью, он был еще закрыт и нам пришлось потоптаться перед входом около часа.

Монастырь Вардзиа был построен в 12-13 веке и представляет собой целый комплекс комнат, переходов и галерей прямо в скале. Монастырь действующий, в нем до сих пор живут и молятся монахи, хоть большая часть его пустует.

Проход монастыря сквозной, поэтому нет смысла тусить недалеко от входа — вы потом пройдете другой дорогой.

Мне очень понравилось бродить по этим лабиринтам, открывая все новые и новые пещеры и залы.
Монахи собирали воду в углубления, вырубленные прямо в скале и готовили вино.

Если подумать, вряд ли они могли найти место ближе к Богу, чем здесь, высоко в горах, в уединении, созерцая бесконечно голубое и глубокое небо над головой.

Дождавшись группу, в том числе и экипаж БМВ, не знавших, что рацию надо хотя бы иногда заряжать и выключать на ночь, мы отправились дальше, в сторону моря.

Для этого нам предстояло свернуть с трассы, чтобы не делать крюк, на грунтовую дорогу и преодолеть несколько живописных перевалов.

Было солнечно, склон был крутой и джимничка снова начал греться. Ехали мы медленно: БМВ снова пыталось обойти каждую ямку, Наша Пузотерка перла более уверенно, но все равно 15-25 км/ч, да и Тоторо не собирался ехать быстрее 35 км/ч.

На первом перевале пришлось остановиться, чтобы остыть и вновь перевести дух.

Попутно все, разумеется разбежались фотографировать, потому что виды и впрямь открывались потрясающие.

Затем мы начали спускаться, и навигатор в ведущей машине соврал про поворот, а в рекстоне все показывал правильно. Так рекстон вместо замыкающего внезапно стал первой машиной, которая стояла на правильном пути. Мои габариты позволили мне быстро развернуться, пока более крупные товарищи совершали кучу маневров…

Собственно, так и вышло, что Тоторо оказался прямо следом за экипажем Леши Juggernaut, мы проехали чуть вперед, потом еще чуть вперед и… впервые послали к черту все правила!

На этой горной дороге больше не осталось боящихся повредить пластик сеатов, крадущихся по ямкам БМВ. Не было тех, кто ускорялся бы, заставляя торопиться тебя. Не было угнетающей и усыпляющей разметки. Не было маслянистого запаха асфальта…

Только два внедорожника, которые ехали сюда именно за этим: прыгать по камням, под бесконечным голубым куполом неба, среди утопающих в зелени склонов, врезаясь в веселые речушки миллионами брызг.

Тоторо мчался вперед, на всех своих четырех колесиках, невозмутимо карабкался в гору, забавно порыкивая, шуршал камнями и гремел шмурдяком.

Весь мир исчез, сузившись до стоп-сигналов и запаски впереди идущего рекстона, взметающего столбы пыли.

Это была наша дорога, на двоих, и я знала, чувствовала, что там они тоже улыбаются, кайфуют и задыхаются от пьянящего ощущения свободы.

Мы все были в пыли из распахнутых окон. Салон выглядел так, будто пережил зомби-апокалипсис на заброшенной дороге, простояв там пару десятков лет.

Иногда в нас просыпалась совесть и мы по очереди пытались связаться с колонной, но они были далеко позади, за перевалами, горами, куда не долетали волны радиосигнала. Совесть снова засыпала.

Эта дорога перекрывала все. Забылась усталость трасс и ощущение того, что ты всех тормозишь. Исчезло раздражение от кучи постоянных мелочей.

Тоторо наконец оказался в своей стихии, там, для чего был создан. Кажется, он сам забылся в той же эйфории и чувствовал себя большим и мощным жыпом, весело прыгал вверх и вниз, даже не нагреваясь, не смотря на палящее солнце.

Мы поднялись на перевал, похожий на страницу из журнала о путешествиях.

Никогда еще за эту поездку я не была так счастлива. Даже мои долгожданные горы, даже царственный Эльбрус, даже мощь водопада не вызывали у меня такого огромного, всеобъемлющего счастья, напоминающего гигантскую взрывную волну, что идет из самого сердца, наполняя тебя изнутри и пытаясь вырваться наружу. Потому что счастье, разделенное с кем-то, становится больше вдвойне…

Я захлебывалась от любви к этим горам, своему малышу-Тоторо, к рекстону и его экипажу. Можно ли так, в одну секунду, залпом, безнадежно и без памяти влюбиться сразу в троих — мужчину, девушку и машину? Воспринимая их и себя, как единое целое в этот момент? Можно ли полюбить камни и пыль, место и мгновение? Не "оставить сердце" где-то там, чтобы с тоской вспоминать пасмурными днями, а наполниться этой радостью и заьрать ее с собой? Видимо, можно. Кто их там разберет, эти чувства)))

И кстати да, у рекстона с запаской офигенно сексуальная попка))))

В конце концов мы спустились с перевала на трассу и куча снующих машин, грузовиков и пешеходов вернули нас в реальность. Эйфория рассеялась, сменившись угрызениями совести (у меня кстати позже, чем у второго экипажа, они более человеколюбивые и ответственные, видимо). Так что нам предстояло купить местную симку или найти чертов интернет, чтобы послать колонне координаты.
Сделали. Встали ждать.

Колонна добралась примерно на час позже. Злые и раздраженные. Разумеется, мы сразу получили разнос. Что, в принципе, было справедливо и ожидаемо.
Но во мне все еще бурлил восторг и счастье, так что я не сильно расстроилась.

Мы поехали в Батуми. Там планировали закупиться, кто-то — искупаться, а затем отправиться на дикий пляж на запланированную дневку.

К лагерю подъезжали уже в темноте. Я шла третьей, за кайроном и Нашей Пузотеркой. К чести ребят надо сказать, что к этому моменту они уже так приноровились обходить колдобины, спасая свой пластик, что мы ехали по проселочной дороге, весьма быстро, со скоростью 25-30 км/ч.

За мной шел БМВ, замыкающим — рекстон. Один из кайронов остался в Батуми закупаться.
И, собственно еду я еду, вся еще счастливая от трейла по горам. Да и чего раздражаться — вон сеат впереди прям прет. И тут вдруг слышу в рацию от Леши Juggernaut’а, что они отстали и не могут нас найти. Торможу, разворачиваюсь, включаю аварийку и начинаю носиться туда-сюда по дороге, как мы ехали. Их нет и нет, и они меня не видят.
Оказалось, БМВ, объезжавшее ямки в своей любимой манере, доехало до развилки и вместо того, чтобы связаться и уточнить, куда ехать, просто повернуло в другую сторону, уведя за собой и замыкающий экипаж.

Наконец, Алексей сориентировался, мы встретились. Я повела их до оставшихся машин, которые уже стояли на въезде на точку стоянки.
Едва мы остановились, из БМВ выскочил экипаж в полном составе и на русском сокращенным начали орать, что мы виноваты, что они заблудились, потому что улетели вперед, “пыль столбом”, и их не подождали.
Я в задумчивости посмотрела на Нашу Пузотерку, увешанную пластиком, потом на БМВ с их дорожным просветом и решила, что в следующий раз надо отправить рекстону точку тайной встречи с наказом приезжать одним, а БМВ пусть себе и дальше по деревням катается.

Настроение у меня подпортилось.
Мы приехали на стоянку и во время маневрирования задом, я радостно въехала в дерево задним бампером. Наверное надо прояснить, что сзади у меня тонировка, а на потолок я еще и сумки повесила, которые закрывали мне задний обзор (но я ориентировалась по боковым зеркалам до этой темной ночи), а на запаске висел рюкзак, доводящий до ужаса парктроник. Так что дерево я тупо не заметила, к нескрываемому восторгу экипажа БМВ, взахлеб объяснявшим всем, что это случилось как раз потому, что ездить я не умею.

Помните, я как-то упоминала, что недолюбливаю бмв? Так вот, они снова возглявляют мой черный список)))))

А потом мы в два экипажа натаскали дров, я пошла купаться в море, мне снова было хорошо и мы с экипажем рекстона сидели до 4 утра и пили домашнее грузинское вино, пока совсем не рассвело.

Мы дежурили на следующий день, но так как все собирались спать до обеда, то я нарезала хлеб для бутербродов, колбасу, все это спрятала в шатер, оставив записку.

Утром в лагере случилось нашествие коров и они съели весь хлеб, который я заготовила. К счастью, они не стали есть себе подобных, так что колбаса оказалась нетронутой и Мише пришлось идти в ближайший городок только за хлебом. Потом я проснулась и мы вдоволь накупались. Правда, меня ужасно смущал угольно-черный песок на пляже. Я как-то к беленькому больше привыкла.

Нужно было заготовить дров на вечер и Juggernaut (а кто же еще?) нашел здоровенное упавшее дерево в лесу. За которым я предложила отправиться на джимнике, т.к. он узкий и везде пройдет. Нужны были тросы, на запрос о которых все молчали (хотя у всех были), кроме Нашей Пузотерки, пилот которой принес странного вида веревку, гордо именуемую тросом на 3 т. Улыбнулась, взяла свой трос, поехали. Сеатовский трос был привязан к дереву, затем к моему динамическому. Едва я тронулась с места, веревка, разумеется порвалась. Пришлось все дерево привязывать к динамичке и волочь до лагеря, где оно было благополучно распилило и у нас получилась нормальная такая поленница.

На дневке выяснилось, что внезапно требуется трехразовое питание. И если сперва плов на вечер планировал готовить пассажиры ведущей машины, то потом, почистив морковку, они слиняли купаться, а нам пришлось все резать на этот плов. К счастью, у нас была чудесная anima-poeta, пришедшая нам на выручку.
Так что мы быстро все подготовили, чтобы они начинали уже все жарить и смотались вместе с ней в поселок на джимнике, пока нас еще на что-то не припрягли.
Там мы купили мороженого и вина, сделали глинтвейн и до поздней ночи рассказывали друг другу страшные, смешные и странные истории, оккупировав костер в два экипажа.

Глава 4 >>>

Полный трек поездки можно посмотреть здесь