Rocky road to Minsk

Ну что, дамы и господа – вот мы и вернулись из самого крутого (и первого международного!) приключения Дворового Кота. Впечатлений и эмоций так много, что есть серьёзные сомнения касательно того, смогу ли я выразить их в письменном виде. Но я попытаюсь.

Последние недели мы активно готовили Меркурий к поездке – в основном, по технической части, так как радикально улучшить его внешний вид в столь короткий срок невозможно ибо он идеален. Так-то Кот был на уверенном ходу, но за время эксплуатации накопилось большое количество мелких и не очень проблем, которые можно было оперативно победить. Я хотел вести об этом репортажи в режиме реального времени, но из-за недостатка оного вынужден отложить тему на следующие посты – там будет, о чём почитать. Сейчас же я сосредоточусь на самой поездке.

Памятуя прошлый опыт, мы решили взять в дорогу всё, что гипотетически могло пригодиться и влезало в багажник – а багажник у кугуара весьма вместительный. У нас было запасное колесо, подменный стартер, генератор, полный набор дюймового и метрического инструмента, 8 свечей, канистра бензина и около 50 литров разнообразного масла для долива во все узлы Меркурия, начиная от мотора и заканчивая мостом. Мы даже взяли с собой две десятилитровые канистры с веретёнкой, чтобы поить ей наш прямоточный гур. Нет ничего более жалкого, чем заправлять гидроусилитель индустриальным маслом, но я знал, что рано или поздно мы перейдём и на это дерьмо.

Кроме того мы захватили с собой воды, антифриза, аптечку, огнетушитель, изоленты, стяжек. И конечно же, единственный действительно понадобившийся в поездке шестигранный ключ мы забыли на верстаке.

Однако всем было понятно, что в случае с Кугуаром одной лишь технической подготовкой невозможно отделаться, ведь его перемещение в пространстве связано с силами за пределами нашего понимания. Конечно, нашей машине благодаря красному мотору с крышками в шашечку и капотной эмблеме благоволят Горка и Морка, но для столь ответственной поездки нам пришлось прибегнуть к ещё более мощным ритуальным практикам. Так на торпеде Меркурия появились иконки пресвятого Top Gear`а.

Запчасти на фото: 255076

С такой поддержкой нам нечего было бояться. Окропив гидроусилитель священным маслом, мы нажали на кнопку стартера (разбудив три окрестные деревни) и под довольное урчание вэвоськи двинулись в путь.

Нам очень повезло с погодой – ясный солнечный день, сухой асфальт и попутный ветер. Утренняя прохлада была неприятна (напомню, у Мерка имеется некоторая нехватка печки), но самое главное, что не было дождя, который Кот, как и любой нормальный кот, на дух не переносит. Виной тому его тенденция вальсировать на мокром асфальте, передвигаясь исключительно кругами из-за не первой свежести шин, резиновые уплотнители, которые отлично пропускают воду внутрь машины, не выпуская наружу, и, что наиболее критично, дворники, словно рубанок снимающие с лобового стекла стружку, но заботливо оставляющие на нём всю грязь и влагу. В общем, как вы уже поняли, осадки могли сильно подмочить впечатление от поездки. Но боги ржавого металла были благосклонны к нашему сухопутному дредноуту.

Первую треть пути до минской трассы мы проделали в одиночестве, что нисколько не смутило наш экипаж – благо, древний рыдван способен не только притягивать к себе восторженные взгляды, но и дарить удовольствие от езды даже когда никого нет рядом. За Калугой дорога пролегала через чащобы и лесоповалы – очень живописный участок, насладиться которым нам несколько мешал полигон для испытаний ядерного оружия вместо дороги. Я не говорю, что ямы были глубокими, но в одной из них нам предложили нанять Pit Lord`ов. В другую едва не провалился едущий впереди автовоз. Дорога была настолько усеяна различными углублениями, что здесь лучше будет говорить об островках редкого асфальта в этой бездонной реке колдобин.

Здесь стоит отметить, что спорт-купе и в лучшие свои годы не очень-то приспособлено для оффроуда. А когда любая кочка может стать для рамы фатальной, приходится проявлять чудеса маневренности, что на 5-метровом автомобиле не так-то просто. Лавируя на протяжении пятидесяти километров до самой Вязьмы, под конец мы могли претендовать на место в национальной сборной по слалому. Однако Кот и его команда с честью справились с этим испытанием и, вздохнув полной грудью, вышли на трассу.

На трассе нам предстояло встретиться с дружественной колонной фордов (с небольшими вкраплениями плимутов и шеви) под руководством Ромы Эшли. Довольно быстро мы нагнали их на заправке, состыковались и двинулись в путь.

Езда в колонне имеет свои плюсы и минусы, но для Кота и его водителя последних всё-таки было больше. Дело в том, что из-за крайне длинной пары великолепного 9-дюймового моста от трёхступки разгонная динамика нашего спорт-купе отличалась в худшую сторону даже от едущего впереди сарая.

Не подумайте, что я жалуюсь – разгоняется Кугуар хорошо. Но медленно. Поэтому передвижение из расслабленного круизинга на скорости около 120 км\ч превратилось в довольно дерганные рывки-торможения: головная машина решает ускориться, топит газ, остальные по цепочке начинают делать тоже самое. Мы отстаём, вжимаем педаль газа и начинаем потихоньку догонять впереди едущую машину. К моменту, когда мы достигаем нужной скорости и сокращаем дистанцию, колонна уже начинает замедляться, а нам приходится оттормаживаться, хотя мы только-только как следует раскрутили вэвоську. В один из таких разгонов мы поставили рекорд скорости для Кота (по GPS – спидометр у нас не работает), раскочегарив его до 150 км\ч. Думаю, он давно не испытывал таких скоростей. Учитывая запас мощности и длинную пару, мы решили, что гипотетически на очень длинной, ровной и желательно пустой дистанции Кугуар сможет преодолеть отметку и в 170 км\ч, но тут даже у нас включилось чувство самосохранения.

Такой дерганный режим не только паршиво сказывается на расходе топлива, но ещё и психологически некомфортен. Однако езда в колонне не предполагает самодеятельности, и поэтому мы как могли подстроились под этот формат.

Забавный случай произошёл у самой границы с Беларусью. Экипажи заправили железных коней, перекусили, оформили грин-карты и двинулись в путь. Километра через полтора одна из наших машин обгоняет колонну, тормозит – принимаем к обочине, отправляем парламентёра выяснить, что там стряслось, предполагая какую-то поломку или иную неприятность. С удивлением видим, как машина инициатора остановки срывается с места и задним ходом едет назад, а к нам идёт плачущий от смеха капитан Бородач.

Выяснилось, что один из участников колонны кое-что забыл на последней заправке – но не телефон, канистры или даже паспорт… а свою барышню. До этого эпизода я думал, что популярная надпись на спине у байкеров «Если вы можете это прочитать, то моя баба свалилась» — шуточная, но теперь вполне допускаю, что базируется она на жизненной ситуации. Так или иначе, всё разрешилось мирно (хотя информации о количестве выгнутых по форме черепа сковородок у меня нет), пропавшего пассажира вернули – и мы въехали в другую страну.

До этого я никогда не был в Беларуси и относился к ней без неприязни, но несколько скептически – мол, такая маленькая Россия в масштабе 1:10, «заграница». Я ожидал увидеть такое же бедное постсоветское пространство, как в любом замкадье – наверное, потому что привык к нему и всю жизнь провёл в оном.

Как только мы пересекли границу, я оказался в другом мире.

Я не шучу и не преувеличиваю – мы не достигли ещё ни одного населённого пункта, а у меня уже начали лезть глаза на лоб. Абсолютно та же полоса и климат – вокруг не начали расти пальмы и не раскинулась аризонская пустыня. Но вместо буераков, плешивых от прошлогодней травы полей, где через каждый метр высится холмик муравейника, гор мусора, художественно разбросанных бетонных блоков – бесконечные луга цветущие луга с ровно подстриженной сочной травой, леса, которые словно сошли с картин Шишкина, и ни следа разорванной покрышки, бутылки или пакета. До того, как въехать в Беларусь, мы шутили: «Ну что, небось в загранице-то и трава зеленее?». После улыбка сошла с наших лиц и мы поняли, что да, без шуток – зеленее, сочнее, ровнее. Да что там трава – я, человек максимально далёкий от сельского хозяйства и агрофитнеса был поражён тем, как у там распаханы поля – ровненько, мелко, без комьев, настолько однородно, что кажется, будто в графическом редакторе художник сделал текстуру идеальной пашни, а потом миллион раз повторил «вырезать-вставить».

Населённые пункты были под стать – домики разного достатка, от небольших коттеджей до огромных особняков, но все их объединяло одно – они были по-европейски опрятными, ухоженными. Перед каждым была лужайка, свежевыкрашенные аккуратные заборы – сделанные, о чудо, не из стыренных с завода выштамповок, а из забора. Вспоминая полумёртвые деревни с гнилыми покосившимися домами и отвратительными кирпичными коробками в не менее отвратительном сайдинге, которые мы обычно наблюдаем путешествуя по великомогучей, становится очень обидно за Родину, которую я очень люблю, но… Я бы понял, если бы мы приехали в Польшу, Чехию какую-нибудь, но то, что столь близкая по духу и иным факторам, стереотипно нищая Белоруссия де факто окажется на голову – нет, на полный рост выше сверхдержавы, претендующей на место в мировых лидерах – я был не готов. В одном из старых монологов Задорнова есть такая фраза: «Канада – это Россия после субботника». Мне кажется, что в текущей ситуации Россией после субботника можно считать Беларусь. Я не буду лезть в политику и думать о причинах такого внезапного контраста – мой блог вообще не про это. Я просто хочу выразить своё почтение к белорусам и их стране, которое за время, проведённое в их стране лишь крепло день ото дня.

Вернёмся же к нашему путешествию. Мы приближались к спортивной базе Раубичи, куда заселили участников фестиваля.

Пройдя быструю процедуру регистрации мы заселились в номер.

Если мероприятие заключалось бы в том, чтоб безвылазно сидеть на территории базы до выезда, я лично не расстроился. Её крутость была сопоставима лишь с размерами. Как мы поняли, в зимнее время здесь тренировались олимпийцы. Благодаря раскинувшемуся вокруг лесу мы вдыхали чистейший свежий воздух, который не смогли испортить даже огромные моторы наших машин с отрицательным экологическим классом. Нас окружали стадионы, стрельбища, циклопических размеров горнолыжные вышки, речушки, озёра, а заселили нас в очень уютный кемпинг, который на время фестиваля напоминал американский городок конца 70хх-80хх.

Несмотря на усталость после дороги мы немного прогулялись по территории, нарываясь на неприятности наслаждаясь тёплым майским вечером и приезжающими автомобилями, после чего отправились спать.

Меркурий тоже отправился на отдых. Мы искренне гордились Котом – несмотря на то, что внешне это был самый печальный экспонат, в дороге он показал себя просто отлично. В нашей колонне (а как потом выяснилось – и в других) выходили из строя машины, которые были и свежее кугуара, и комплектнее, а старый, тёртый жизнью Дворовый Кот смог добраться без единой поломки до другой страны!

Конечно, радоваться было рано – ещё предстоял пробег по городу и дорога домой, но нас переполняла искренняя гордость за наше детище. Поезд силы, ходовая, тормоза и минимум электрики (свет, габариты, поворотники, стопарь) – работали как часы. Форд наглядно показал, что несмотря на внешний вид трёхнедельного мертвеца, он всё ещё торт!

Засыпая, мы уже не жалели о поездке, даже не зная, что самое интересное будет впереди…