Антарктический дрейф 1985 года «Михаила Сомова»

Всем здравствуйте!
Уже традиционно интересное документальное кино…
Источник.

Ну и для тех, кто любит почитать…

В середине марта 1985 года у берегов Антарктиды в ледяном плену оказался советский дизельный электроход «Михаил Сомов». Более четырех месяцев вся команда под предводительством капитана В.Ф. Родченко боролась за выживание на судне, оказавшимся в мертвой хватке мороза, огромных айсбергов, что словно голодные волки бродили вокруг моряков, и суровой полярной ночи.
Как это было? Почему электроход, ранее так же оказывавшийся в подобной ситуации, не смог выбраться из белого плена в 1985? Чем закончилась история? Давайте разбираться.

В середине 80-х годов, когда СССР старалось поддерживать свой статус первой антарктической державы, работали семь стационарных полярных станций (плюс, несколько передвижных). Каждый летний сезон туда, в Южное полушарие, отправляли судна с продовольствием, оборудованием и забирали отработавших свою смену зимовщиков – заменяли их новыми. Подобной деятельностью занимался и дизельный электроход «Михаил Сомов», впервые начавший свой тяжелый труд в 1975 году.
Так, первый Антарктический дрейф «новорожденного» судна произошел уже 1 февраля 1977 при выполнении операции по обеспечению топливом и смене персонала на станции Ленинградская. В том первом ледяном капкане «Михаил Сомов» застрял на 53 дня, но, благодаря мастерству команды и капитана, кораблю удалось вырваться на свободу через трещины во льдах. Тогда еще никто не подозревал, что через несколько лет последует новое испытание – более отчаянное и тяжелое.

Стоит отметить, что беда не заставила себя долго ждать, так как еще до начала экспедиции ее участников подвергли опасному риску. «Михаил Сомов», приписанный к НИИ Арктики и Антарктики, не получил вовремя необходимое оборудование для следующего рейса. Поэтому очередная экспедиция началась на месяц позже – 21 ноября 1984 года. Судно было у цели лишь в середине арктического лето (оно длится лишь два месяца: декабрь и январь). Однако на тот момент у команды не возникало никаких проблем: те успешно достигли станции «Молодежная» вместе с судном «Павел Корчагин» и начали перешвартовку.

Но затем из-за халатности капитана «Михаила Сомова» все пошло по наклонной: Анатолий Сухоруков, будучи пьяным, посадил корабль на камни, что оставили трещину в борте судна. Неблагонадежного капитана сразу же отстранили и послали на его замену опытного полярника Валентина Родченко.
После недельного ремонта, «Михаил Сомов» отправился к станции «Русская». Однако та область в водах моря Росса таила в себе большую опасность: яростные ветры, чья мощь была способна передвигать массивные ледяные участки, не утихали почти круглый год. В первом месяце нашей весны команда была уже в злосчастном море, а к апрелю под гнетом свирепых морозов вся площадь затянулась непроходимым льдом.
Но, как это обычно бывает во многих произведениях, наступило затишье перед бурей: погода благоволила прибывшим, и те спокойно справлялись с поставленной задачей их рейса, но лишь до момента, как былой ветер не ударил по морякам с новой силой и не загнал их обратно на корабль. Три дня экипаж «Михаила Сомова» пребывал в полном неведении того, что происходит за бортом – какая-либо видимость при таком сильном полярном ветре (50 м/с) отсутствовала.

В это время ледяной капкан плотно сжимал зубы вокруг корабля: всевозможные пути отступления, которые спасли судно в прошлом дрейфе (трещины) грубо сомкнулись и наконец заключили корабль в плен.
С этого момента капитан Родченко и его команда опасались новой беды – айсбергов, которые на тот период, по велению фатума, словно волки бродили по морю Росса, так и нравясь вот-вот беспощадно смять маленькое для них судно.
Казалось бы, люди попали в беду, где же долгожданная скорая помощь? Нет, на большой земле никто не торопился спасать экипаж «Сомова». 10 марта в мир иной отошел К. У. Черненко и «уступил» место у «штурвала» Михаилу Горбачеву. Смена политического настроения волновала сушу гораздо больше, чем затерявшееся во льдах судно, поэтому Москва не желала отвечать на радиограммы так скоро.

Экипаж «Михаила Сомова» медленно впадал в апатию. Всем на судне было ясно, что до лета изо льдов им не выбраться, а продовольствия и расходных материалов на всех 144 человек не хватит. Тем более, находившиеся на корабле полярники, которых забрали со станции «Русская» по медицинским соображениям не смогут пережить еще одну полярную зиму.
Тем не менее, 17 апреля Москва распорядилась эвакуировать с «Сомова» всех тех, кто желал отправиться на Родину. Было решено переправить на вертолете всех тех, кого экипаж Родченко забрал со станции «Русская» на судно «Павел Корчагин», находившийся в трех ста километрах от застрявшего «Сомова». После этого, в середине апреля, Москва приказала прекратить всякую переписку, пока на борту «пленного» корабля оставались 53 добровольца – они должны были дождаться лучших времен и вывести изо льда свой корабль. На большой земле о потерянном «Михаиле Сомове» СМИ не говорили.

Спустя четыре месяца дрейфа в Москве наконец проявился отголосок трагедии полярников: о них заговорили по радио.
5 июня 1985 года Совет Министров СССР дал добро на долгожданное начало спасательной операции под руководством Артура Чилингарова. На помощь «Михаилу Сомову» был направлен ледокол «Владивосток» с капитаном Геннадием Антохиным.

И вот, 22 июля, когда до заледенелого «Сомова» оставалось всего лишь 170 км, капитан «Владивостока» отдал приказ сначала найти судно с воздуха. Многих терзал страх, что на месте корабля, окажется «обледенелый призрак». Но с «Михаила Сомова» до сих пор приходили ответы – экипаж не спал и судорожно ждал своего спасения.

«Вышли на хорошую дорогу, прошли 30 миль по трещине прямо к "Сомову", — рассказывал потом Геннадий Антохин. — За 20 миль они увидели зарево нашего ксенонового прожектора. Связались по радиотелефону: "Наблюдаете?" — спросили. "Наблюдаем", — ответили. К нашему приходу здесь, в районе дрейфа "Сомова", появились разрывы. Он стоял в "чашечке", вокруг него барьер непроходимых льдов, а в полумиле от него — чистая вода. Подошли с одной стороны, с другой. И начали окалывать…»

23 июля с палубы «Владивостока» поднялся вертолет Ми-8 под управлением летчика Бориса Лялина. Он доставил на «Михаила Сомова» врачей, лекарства и продукты питания.
26 июля «Владивосток» обколол лед вокруг найденного судна и наконец освободил «Сомова» из ледяного плена.
За время дрейфа и в ходе спасательной операции не погиб ни один человек.

Пожалуй, эта легендарная история не оставит равнодушным никого. 53 дня «Михаил Сомов» был скован льдами – в итоге, судно продрейфовало около 250 миль. История о том, как из-за ошибок одних людей подвергались опасности жизни десятков человек, это героическая баллада о мужестве и высоком профессионализме настоящих мужей, спасших свой корабль.

Если Вам понравилась данная запись и фильм, то палец вверх на youtube и кнопка нравится на страничке автора будет отличным мотивом продолжать!
Вам бесплатно, автору приятно!

Всем спасибо!