Сказ о силушке богатырской.

Аи сильные, могучие богатыри
На славной Руси!
Не скакать врагам по нашей земле!
Не топтать их коням землю русскую!
Не затмить им солнце наше, красное!
Век стоит Русь — не шатается,
И века простоит — не шелохнется!

Захворал как-то товарищ боевой у богатыря — олень нижегородский. Стал жаловаться на давление высокое, более 6 килограм силушки богатырской на метр квадратный земли русской!
— Непорядок, — решил богатырь и думу начал великую, — отчего же так быть может?

Пошел на ярмарку, к купцам, что из Нижнего Новгороду товары для товарищей механических возят, и приобрел приблуду хитрую, датчиком кличут её.

Погладил оленя, взял в руки ключи стальные, да начал ремонт творить. Скоро сказка сказывается, да не дело делается — не выкручивается датчик прежний, неужто происки печенегов проклятых, али басурман приезжих?
Глядит богатырь — а датчик-то на тройник в сердце товарища боевого вкручен. Но тройник тот с датчиками не открутить, коллектор выхлопной мешает. Не было такой системы у оленей с 405 сердцем, ну да ладно, только Богу известно, почему кудесники нижегородские так придумали.

— Отведай-ка силушки богатырской! — сказал богатырь и тут же пожалел о словах своих. Тройник тот был, да теперь в руках остался. А обломочек в сердце товарища боевого торчит… Беда…

Призадумался богатырь: — что ж делать-то? Да пошел к батюшке своему: вдруг подскажет чего?

И подсказал отец: — Ты возьми надфиль маленький, да начни протачивать его изнутри, чтоб отверткой его выкрутить можно было.
Взял богатырь надфиль и пошел точить. Три дня и три ночи точил (шутка, 4 часов хватило), после чего собрав силушку богатырскую в руки с батюшкой выкрутили они обломок.

Снова пошел богатырь к купцам, на этот раз за тройником да вторым датчиком, аварийным. И нашел их, да только на разных ярмарках, в разных концах стольного града родного.

Только качество тройника опечалило богатыря — уж слишком жутко выплавлен он из сплава цветного. Не иначе, как печенеги злые козни строят, делая их, чтоб богатыри потом с потеками масла мучились. Взял тогда наш герой напильник, да обработал привалочные плоскости, так лучше будет.

Взял помощника, пыль сосущего, и удалил опилки все латунные, чтоб беды у товарища боевого в сердце не наделали.

Стал снова думать: вкручивать ли их на герметик заморский? И решил: не было его у кудесников нижегородских, значит, и не должно его там быть. Взял карандаш, начал грифелем по резьбе рисовать у тройника, да вкручивать туда-сюда, чтоб лучше по соединению разошлось. Вдруг датчик менять придется? А графит помочь должен.

Собрал оленя, запустил ему сердце. Не бежит из тройника и датчиков кровь его черная, стало быть, хорошо все. Будет и дальше олень товарищем боевым да надежным.