“Поймай меня, если сможешь!”: автомобильные обманы века. Часть 3: Америка

Мучительно долго руки не доходили до третьей и заключительной части эпопеи про читинг в автоспорте (первые две части про ралли и F1 вот здесь и здесь). Наконец, дошли. Итак, вашему вниманию предлагаются эпические (и не очень) обманы из истории заокеанских гонок. Ой, слушайте, там такое было — старушенции Европе не являлось ни под кайфом, ни в страшном бреду.

Вообще, на мой вкус, всем хорошо известный мем с актером Ником Офферманом идеально описывает ситуацию с американскими гоночными нравами. Ну вот так примерно.
Почему? Cейчас расскажу.

Читинг по-американски он ведь совсем другой, нежели европейский. Порой не менее изощренный, часто наивный, но самое главное – постоянный, непрекращающийся. Такова, похоже, натура американцев, да и вообще каждого, кто ступает на эту землю. Нет, не в плане обмануть ближнего любой ценой, а в смысле на личном примере доказать истинность главного правила, которое Америка подарила миру: все что не запрещено — разрешено.

Первый заслуживающий внимания эпизод относится аж к 1913 году, когда на “Старой кирпичнице” Индианаполиса (тогда она, впрочем, была еще совсем новой) в одноименной 500-мильной гонке болельщиков очаровывал заводский пилот команды Peugeot Жюль Гу. Показав третье время в квалификации, француз воспользовался заварушкой в первом повороте и к пятому кругу уверенно возглавлял заезд. На 15-м Жюль заехал в боксы, чтобы поменять проколотое заднее колесо и заодно освежиться.

Освежался он, конечно же, не “кока-колой”. Истинный француз в манерах, одежде и вообще, гонщик Peugeot предпочитал шампанское. Охлажденное. К черту бокалы – давайте из бутылки. Да, и прямо во время пит-стопа. На следующей остановке в боксах Жюль попросил добавки. Потом еще немножко. И снова, и опять… Сложно сказать, можно ли употребление алкогольных напитков во время заезда (по некоторым оценкам Жюлю по ходу дистанции “Инди-500” поднесли в общей сложности от 1 л до 2,5 л игристого, правда при этом надо учитывать, что рядом все время находился механик, который тоже едва ли оставался сухим) считать читингом или попыткой получить нечестное преимущество, но финишный створ месье Гу пересек первым. Причем второму призеру гонщик Peugeot привез свыше 13 минут! Чего здесь больше: везения, совершенства техники, водительского мастерства? Сам Жюль на финише ничего не скрывал: “Если бы не отличное вино, я бы не смог победить!”.

Теперь вот пойди разберись были ли слова француза чистой монетой или искусным стебом? Известно лишь, что на них (на слова, то есть) обратили внимание. И начиная со следующего года употреблять шампанское, равно как виски, бурбон и водку, во время “Инди-500” гонщикам официально запретили.

Несерьезная история, говорите? В американских гонках несерьезного и даже шутовского во все времена было больше, чем матерого и профессионального. Особенной же “кэвээнистостью” традиционно отличался чемпионат NASCAR. Сегодня, глядя на 800-сильные автомобили-монстры серии, не сразу и понимаешь, почему эти дивные творения рук человеческих называют “сток-карами”? Откуда же здесь сток-то? Однако, на заре чемпионата участников буквально принуждали стартовать на серийной технике — любые изменения конструкции строго-настрого запрещались. Таким вот своё детище видел Билл Франс, главный идеолог и отец-основатель NASCAR. А теперь внимание вопрос! В какой по счету гонке, по вашему мнению, “стоковое” правило было нарушено? Досрочный ответ? Разумеется в первой же!

19 июня 1949 года на грунтовом или, если в буквальном переводе, “грязевом” овале в Шарлотт (штат Северная Каролина) протяженностью в три четверти мили состоялась первая в истории Америки гонка чемпионата NASCAR Strictly Stock Series. На старт вышли 33 автомобиля, большинство из которых абсолютно серийные. Ну как бы… 200 кругов и 150 миль спустя у дебютного этапа NASCAR появился первый победитель. Гленн Данэвей на Ford привез второму призеру некоему Джиму Роперу на “Линкольне”, узнавшему о гонке из рекламки на страницах комикса The Adventures of Smilin' Jack (“Приключения Улыбчивого Джека-летчика”), аж три круга. Но музыка играла недолго. Даже поверхностная техинспекция вскоре обнаружила, что на машине победителя стоят модифицированные задние рессоры. Вам дисквал, мистер! Так победителем автоматически стал любитель комиксов на “Линкольне”.

Милая особенно для дебютной гонки история, задала вектор развития всему чемпионату NASCAR. Действительно в состязании серийных машин, претендующих на крайне ценные денежные призы — во все времена главной фишки NASCAR — даже мелочь может стать решающей. Светлые головы лучших инженеров и механиков принялись методично искать лазейки и прощупывать почву на предмет творческой интерпретации правил. А это можно? А вон то, нет?

Часто попытки эти были унылыми и беспомощными, но порой гомерически смешными и находчивыми. Вот, например, как знатно прочел (или читанул) регламент один из звездных пилотов раннего NASCAR Тим Флок. Едва ли не единственным элементом, который дополнял конструкцию сток-кара, в то время была встроенная в салон дуга безопасности. Полезная штуковина, которая не дает крыше прихлопнуть пилота, если машина сделала уши. Но дуга безопасности не только важная, но еще и крайне тяжелая вещица. Сталь, знаете ли, все дела… Ну я так понимаю вы уже поняли куда дело клонится… Да-да, мистер Флок решил заменить стальной каркас безопасности… деревянным. Предварительно окрасив его “под металл”, чтобы маршал техкомиссии, засунувший свое любопытствующее жало внутрь, не догадался что к чему.

Безумство? Ради экономии нескольких килограмм, рисковать жизнью? Но безумие — второе имя Тима Флока. В историю автоспорта этот парень вошел не только как двукратный чемпион NASCAR сезонов 1952-го и 1955 годов, но и как пилот, выигравший гонку вместе с обезьяной. Если вдруг кто не понял юмора, повторим – ВЫИГРАВШИЙ ГОНКУ С ОБЕЗЬЯНОЙ!

Макака по кличке “Джоко-Флоко” сидела рядом с Тимом в машине на протяжении нескольких гонок. Ну а после победного финиша еще не ясно кто стал главным героем дня – пилот или его «штурман». Симбиоз человека и обезъяны, впрочем, продолжался недолго. Во время очередного этапа заскучавшая “Джоко” приоткрыла смотровой лючок, через который пилоты обычно справлялись об уровне износа покрышек (ага, само по себе техническое изобретение на грани фантастики) и получил очередь гальки из под колес. Обезьяна, к счастью, выжила, но Тим, вынужденно заехавший в боксы, чтобы извлечь из машины вопившую дурниной животину, проиграл заезд и после финиша немедленно отправил “Джоко” в отставку. К читингу этот эпизод, конечно, не привяжешь, но о безумствах в американских гонках второй половины двадцатого века он свидетельствует красноречиво.

NASCAR — на самом деле настоящая сокровищница по части различных обманок и веселых историй. Обо всех не упомнишь и тем более не опишешь. Достаточно сказать, что в Штатах вышла целая книга, посвященная исключительно вопросам жульничества в гонках сток-каров. Если кто интересуется, могу скинуть ссылку на прелюбопытное издание.

Для тех же, кто не требует тотального погружения в предмет, достаточно, наверное, запомнить одно имя — Генри Юник, которого все современники знали по прозвищу “Смоуки”. Заядлый курильщик, кажется и в ванной не расстававшийся со своей фирменной трубкой (отсюда собственно и прозвище “Смоуки”, то есть курильщик ) Генри считался одним из лучших механиков и менеджеров в истории американских гонок. На заре карьеры “Смоуки” и сам порой выходил на старт, но гораздо большую известность ему принесли именно технические экзерсисы. Он в равной степени совмещал недюжинные технические навыки с фантастической смекалкой и умением читать регламент между строк. Ну что голословничать-то, на примерах куда нагляднее получается.

В один прекрасный день “Смоуки” осознал — свод технических законов NASCAR регламентирует максимальный объем топливного бака, но ничего не говорит о длине топливной магистрали. И вот уже Юник ставит на гоночную машину бензопровод длиной почти 3,5 метра и сечением 5 см. Топливный “удав” вмещал дополнительные 19 литров бензина — значит, во время гонки пилотам приходилось реже заезжать на пит-стоп. Очевидный профит!

Частота (а вернее редкость) дозаправок вообще считалась одним из принципиальных моментов гонок сток-каров, напрямую увеличивающим шансы на победу. Поэтому фокус с объемом бака был не один, их было много. Тот же “Смоуки” обратил внимание на то, что объем бака измеряется до гонки, но не после. Вот и славно! Прямо накануне техкомиссии он засунул в бак… баскетбольный мяч и успешно прошел проверку лишь для того, чтобы затем стравить из мячика воздух. Есть еще несколько неучтенных литров!

Но все это покажется детскими шалостями на фоне трюка с Chevrolet Chevelle в сезоне 1967 года. Когда в квалификации “Дайтоны-500” частный “Шевелл” команды “Смоуки” Юника показал первое время, опередив более чем серьезные заводские коллективы Ford и Chrysler многие почуяли недоброе. Даже номер машины Кертиса Тернера — 13-й — как бы намекал, что дело нечисто. Но что не так? Многое как выяснилось. Хитроумный “Смоуки” слегка занизил уровень крыши и дверных кромок, а также чуть повысил уровень пола, по сути превратив Chevrolet в уменьшенную копию самого себя причем с дотошным соблюдением пропорций. Действующая модель в масштабе 7/8 от оригинала! Кроме того, что машина стала чуть легче и более аэродинамичней (уменьшилась площадь лобового сопротивления) стоковой версии, “Смоуки” смог еще поиграть с развесовкой. Вот откуда взялись до этого невиданные 180 миль в час (то есть 300 км/ч), показанные в квалификации «Дайтоны-1967»! С тех пор техкомиссия при проверке стала использовать шаблоны стандартных кузовных панелей в натуральную величину, которые должны были точно соответствовать размерам автомобилей участников.

Показательный момент. Даже поймав кого-то за руку, организаторы заокеанских гонок почти всегда ограничивались крайне мягким, по-европейским меркам, наказанием. В Старом свете того же “Смоуки” Юника не то что оштрафовали и дисквалифицировали, его бы как почетного обменщика-рецидивиста пожизненно отстранили от мира гонок! А то и сожгли на костре парижской инквизиции FIA… В Штатах же запрещали лишь вскрытые нарушения, зачастую оставляя результаты, добытые не совсем честным путем, в силе. Почему? Как верно, в общем-то, заметил основатель серии Билл Франс: “Плохо, когда зрители, побывавшие на наших гонках, на следующее утро узнают, что победителем стал не тот парень, которого они вчера видели на пьедестале.”

Логично, если задуматься. Ведь своей популярностью и финансовым успехом любая гоночная серия в конечном счете обязана зрителям. Так зачем же их злить? Вот вам и еще одна веская причина повального распространения читинга в заокеанских гонках. Тот случай, когда строгость законов компенсируется лишь необязательностью их выполнения. Ведь даже если поймают, то ничего страшного, зато уже если нет…

Так до сих пор во всех справочниках напротив графы победитель этапа на Charlotte Motor Speedway 9 октября 1983 года значится имя Ричарда Петти. Хотя вскоре после финиша на машине победителя обнаружили не отвечающие регламенту шины и слишком большой рабочий объем двигателя — 381 куб.дюйм вместо разрешенных 358-ти. Призовых денег и зачетных очков читера, конечно, лишили, но победу отнимать не стали.

Еще более крутой случай произошел в чемпионате Trans Am — кольцевой серии для модифицированных серийных моделей, появившейся во второй половине 60-х. Команда Роджера Пенске подготовила для гонок весьма необычную версию Chevrolet Camaro Z-28. С помощью специалистов авиационной фирмы Lockheed кузовные панели модели основательно обработали кислотой. В результате кузов стал более хрупким, зато значительно более легким. Даже с дополнительным каркасом безопасности, одновременно исполнявшим и функции силового элемента конструкции, машина весила на центнер с лишним легче разрешенного лимита! Ее так и прозвали The Lightweight – «Легковесная».

Заметив подвох, организаторы собрались было лишить Sunoco Chevrolet победы на этапе в Сиэтле, но потом передумали. Во-первых, как мы уже сказали это плохо для болельщиков, а потом Роджер Пенске пригрозил, что в случае дисквалификации его команда уйдет из чемпионата. Для только начинавшей раскручиваться гоночной серии это стало бы ударом по репутации. В итоге приняли компромиссное решение: победа в Сиэтле остается за Пенске, но «облегченному» Camaro запретили выходить на старт.

И что бы вы думали? Роджер и команда на словах согласились с вердиктом и даже подготовили к гонкам стандартную машину. Но по факту, постоянно переклеивая номера и спонсорские наклейки, Sunoco Chevrolet и в сезоне-1968 активно использовали «Легковесный» Camaro c предусмотрительно установленной оптикой и решеткой радиатора от новой модели. Итог полностью оправдал все телодвижения – условно легальный Lightweight стал чемпионом, выиграв 10 гонок из 12.

Согласитесь, если в обмане заинтересованы не только участники процесса, но даже контролирующие органы смотрят на махинации сквозь пальцы, это уже целая система. Потому сколько бы случаев читинга на американских трассах не стало в итоге достоянием гласности, о гораздо большем количестве обманок публика просто и не догадывается. Не пойман – не вор.

TrunkMonkeys
🐒🐒🐒

Что еще в этом блоге:

Престон Такер против Детройта: гений и злодейство
Энциклопедия автомобильных кузовов
Расследование о четырехглазой “Волге”
Американская автомобильная свалка: исчезающая красота
За 65 лет до Stelvio: первый внедорожник от Alfa Romeo
История создания Ferrari F40
Чебурашка уходит от погони: что будет если скрестить грузовик и членовоз
Открываем “Жигули”: как мог выглядеть кабриолет на базе ВАЗ-2101
DeLorean великий и ужасный: судьба главного хипстера Детройта
Поймай меня, если сможешь: история грандиозных обманов. Часть 1: Ралли
Поймай меня, если сможешь: история грандиозных обманов. Часть 2: Формула-1
Фальстарт для старта: почему не сложилась судьба самого красивого советского микроавтобуса
“Мне бы в небо…”: героическая трагедия Чарльза Роллса